Одинаковые. Том 3. Индокитай

Его резкий запах пробивался сквозь резьбу крышки, напоминая, что за каждым деликатесом в этом доме скрывается гниль. Стены шептали чужими голосами, где-то тикали часы с маятником в форме змеиной головы. Из-за портьеры с вышитыми карпами донеслась шуршание. Может, крысы, может чей-то догляд. Я тронул вилку с ручкой в виде кобры, но потом крепко задумался.

Еда остывала, и только белый попугай в позолоченной клетке вдруг заговорил хрипло: ешьте, ешьте.

Его когти, окрашенные хной, царапали прутья, оставляя на латуни следы, похожие на иероглифы."

"Хорошо подумав и взвесив всё за и против, мы всё же решили перекусить. Последние дни путешествия выдались тяжёлыми; тела и дух истощены. Надо набраться сил. Еда была, мягко говоря, своеобразная, я еще и в прошлой жизни очень так нейтрально относился к этой кухне, да и признаться на родине она всё-таки была как-то подстроена что ли под вкусы местных обывателей. Знаете, это как постигать японскую культуру в русском суши баре где-нибудь под Вологдой, уплетая горячие ролы из микроволновки под шапочками из майонеза провансаль. Вот также и вьетнамская кухня, придя к нам приобрела свой не передаваемый Русский дух. А здесь вкусы были яркие, и каждое блюдо вызывало новые неподдельные эмоции, и до-хрена вопросов. Время шло, а новостей от Бо Чау не поступало. Мы не знали, чего ждать. Я отмерил максимум час ожидания, после которого нужно будет действовать. К черту эти 150 фунтов стерлингов, промедление уж слишком дорого. Куда отправят Саньку? Отправят ли вообще? Может быть, определят в наложницы кому‑то из французских шишек или в виде подарка с бантиком преподнесут какому-то местному князьку — но ответов не было. Мы решительно не знали.

Спустя два с половиной часа в комнате, где мы ожидали, открылась потайная дверь, ранее нами незамеченная, и из нее вышел незнакомый вьетнамец…

Глава 7

Тени Индокитая: По следам француза

Дверь распахнулась без стука. Вьетнамец в чёрном шёлковом ао дай, расшитом серебряными журавлями, бесшумно вошёл в комнату. Его лицо было обезображено шрамами от перенесенной давно оспы. Прижав палец к губам, он прошёл по комнате и молча сел в кресло. Практически сразу за ним, повторив все его действия появился наш знакомец, китаец Бао Чау, что обещал достать информацию.

Оглядев нас пронзительным взглядом, Чау взял свои экзотические четки и став их перебирать, при этом уставившись на панно с драконом на стене.

— Нгуен Ван — представил он нам своего спутника хриплым голосом, — у него есть новости, и надо сказать хреновые для вас, малолетние искатели приключений! На последнем слове из его горла вырвался каркающий смешок, а на лице появилась недобрая ухмылка.