Любовь Черного (СИ)

Эдуард Колесников действительно ничего не делал. Лично. Иначе бы нашего разговора здесь не было.

– Зачем ты приехал в Испанию? – спрашиваю.

– Н-на отдых, – заикается.

Лживое дерьмо.

– Что делал в нашем отеле?

– Это… это случайно вышло, – его подбородок дрожит. – Заметил Тайку и…

Одного удара хватает, чтобы он заткнулся и слетел на пол. Закрыл рожу руками, заскулил, пытаясь отползти подальше от меня.

– Забудь ее имя.

– Хорошо, – стонет. – Конечно, я…

– Теперь говори правду.

Вытирает кровь со рта. Озирается по сторонам и начинает дрожать сильнее, когда видит, что мы остаемся в ангаре наедине.

– Наследство, – выдавливает наконец. – У меня друг в Испании умер, оставил кучу денег. Вот я и приехал разобраться с документами, вступить в права.

– Как удачно, долги закроешь.

– Долги? – запинается. – Ну да, долги есть, но я почти все отдал уже. Там немного осталось.

– Как твой друг умер?

– Несчастный случай.

Его раскрасневшаяся рожа белеет.

– Как? – повторяю вкрадчиво.

– Авария, – глотает. – Димка не справился с управлением. Тут в Испании такие серпантины. Он в горах разбился. Слишком быстро на тачке гонял.

– Неисправность двигателя.

– Д-да? – башкой мотает. – Ну мне вроде иначе сказали. Я этого наследства вообще не ждал. До сих пор шок.

– Не ждал, а своим ростовщикам про завещание растрепал.

– П-пришлось, – аж потом обливается, трясется. – Ну то есть я… случайно сорвалось. Слово за слово. Просто объяснил им, что все верну. Когда-нибудь. Деньги же будут. Гарантии вот.

– А что еще ты им объяснил?

– Н-ничего.

– Завещание на двоих сделано.

Колесников не единственный наследник.

– Я им этого не говорил, – бормочет он. – Э-эм, они сами выяснили. Ну или может обмолвился.

Хотя они бы все равно узнали. Для них нет никаких секретов. У них же такие связи, что…

– Кто еще в аварии погиб? – обрываю. – В тот же день. Только не в Испании. В нашей стране. По дороге в суд.

– Я… я…

– Опять неисправность двигателя.

– Прошу…

– Все твои друзья так погибают.

Хватаю его за глотку, рывком на ноги вздергиваю.

– Не н-надо, – хрипит, зубы стучат. – Я р-расскажу. Все подробности. Я же не д-думал, что они так все решат. Не з-знал. Я просто рассказал про наследство. Я…

– Мне твои подробности нахуй не нужны.

Волоку его в сторону тачки, которую сюда пригнали.

Открываю дверцу и заталкиваю уебка на водительское сиденье.

– Нет, не нужно, нет, нет…

– А что тебе не нравится? – скалюсь. – Я даю тебе шанс, который ты своим друзьям не давал.

– Но эта машина, – хнычет. – С ней же что-то не в порядке.

– Повезет – выберешься.

– Нет, умоляю, – ревет, давится соплями и кровью. – Пожалуйста. Я откажусь от наследства, перепишу все на Та… на нее! Все отдам. Прошу… я могу быть очень полезным.

Тая в любом случае будет наследницей.

Уебку не стоит переживать.