Любовь Черного (СИ)

Не собираюсь засыпать. Но рядом с ней меня вырубает на раз.

15

Просыпаюсь от того, что мне становится жарко. Когда засыпала, наоборот, морозило. Забралась под теплое одеяло в халате, так и задремала. Но теперь возникает такое чувство, точно возле полыхающего камина лежу.

Душно. Еще и что-то тяжелое на моей талии.

Открываю глаза. Не сразу понимаю, где нахожусь. После сна мысли спутываются.

Пробую выскользнуть из-под одеяла. Но ничего не получается. Что-то тяжелое мешает, не дает сдвинуться в сторону.

– Рано, – раздается хриплый голос над ухом. – Куда торопишься?

Черный.

Тут все остатки дремоты моментально слетают с меня.

Его массивная рука на моей талии. Сам он крепко прижимается сбоку. Мы слишком близко, но страха не чувствую. Внутри крепнет уверенность, что ничего плохого этот мужчина мне не сделает.

Я не заметила, когда он вернулся. Не проснулась.

Сколько же мы так вместе лежали?

Черный утыкается лицом в мою шею. Трется щетинистой щекой, заставляя поежиться. Шумно втягивает воздух.

– Ай, щекотно, – выпаливаю.

Черный не отстраняется, просто застывает, прижимаясь лбом к впадине между ключицами.

– Ты горячий, – замечаю глухо.

– Ты рядом, – хрипло произносит он, и его дыхание опять щекочет кожу.

– Нет, подожди, – решительно отодвигаюсь и поворачиваюсь лицом к нему. – У тебя температура.

– Чего? – чуть прищуривается.

– Ты весь горишь.

Подаюсь вперед и губами прижимаюсь к его лбу. Так легче оценить настоящую температуру.

Очень горячий. Мне не показалось.

– Градусник есть? – спрашиваю.

– Зачем? – хмурится."

"– Тебе в больницу нужно. Ты вообще в больнице был? Что сказал врач, когда обрабатывал раны?

– Нашла о чем волноваться, – отмахивается и твердо заключает: – Я в порядке.

– Ну конечно, – хмыкаю, а потом вдруг наталкиваюсь ладонью на что-то влажное, провожу пальцами по простыни. – Так, нужно срочно осмотреть твою рану. Тебе надо лечь на спину.

– Решила меня раздеть? – усмехается.

– Ага. Ты что, совсем не чувствуешь боль?

Показываю ему свою ладонь перепачканную кровью.

– Да так, – кривится. – Тянет слегка.

Мягко подталкиваю его, заставляю повернуться. Подхватываю край футболки, поднимаю повыше. Вижу, что повязка съехала и насквозь пропитана кровью.

– Тебе нельзя лежать на этом боку, – невольно качаю головой. – И главное – никаких резких движений. Ты чем после перевязки занимался?

– Ничем из того, чего бы реально хотел.

Наши взгляды пересекаются, и я чувствую, как мои щеки пылают, заливаются краской просто от того, как он смотрит на меня. Очень выразительно.

– Где у тебя бинты? – спрашиваю, стараясь переключиться на дело. – Какая-нибудь аптечка есть?

– Да, здесь, – кивает он в сторону. – В тумбе.

Соскальзываю с постели.