Самый эльфийский поцелуй

Но Грей всё равно оставался наполовину элвом. Тем самым, которого ты загадала в первый раз, Катя.

— Я люблю его, — беспомощно прошептала я.

— Знаю. И он тебя любит.

— Тогда…"

"— Я ведь так долго вела вас друг к другу, — со вздохом произнесла Эрхаза. — Так старалась, а вы упирались. Знаешь, Катя, когда живешь не одну тысячу лет, становится скучно. Жизнь других мелькает перед глазами так быстро, что не успеваешь привыкнуть к одному, как он уходит. Снова и снова. Так можно умереть со скуки. Но вы… половинки, скрашиваете мою жизнь. Разбросанные по разным мирам и временам… Вас интересно соединять, перемешивать и наблюдать, как вы двигаетесь друг к другу.

— Вы вернете меня? — с надеждой спросила я.

— Не знаю. Ты так упиралась. Да и Грей тоже хорош. Давно должен был сказать правду.

«Это точно!»

— Пожалуйста…

— Третье желание, Катя. Много даже для тебя.

— Первое, — возразила я, стирая слезу и поднимаясь. — Первое и единственное. Я хочу элва! Своего элва и любовь. Настоящую!

Фея одобрительно на меня взглянула.

— Но если так… Конфетку хочешь?

— Хочу!

Всё что угодно, чтобы вернуться.

Конфета была шоколадной.

— Вы только родителям моим скажите… скажите, что я счастлива и любима.

— Обязательно.

И снова круговорот, тошнота и звон в ушах. Только я была к этому готова.

«Назад! Назад! К Грею!»

Перед глазами еще долго всё мелькало и кружилось.

А потом я услышала тихий плач.

— Люля, — с трудом прохрипела я.

Не узнала, скорее почувствовала. Уж если кто и мог в этом мире так горько плакать обо мне, то это именно она.

Плач тут же прекратился. Кровать слегка прогнулась, и на горизонте появилось заплаканное личико домовушки.

— Алари? — в голосе послышалось настоящее изумление, шок и недоверие. — Вы живы?

— Д-да. А Грей, где он?

Я с трудом приподняла голову и тут же опустила её вниз.

Силы еще не вернулись.

Такое легкое движение, а ощущение, будто я мешки ворочала.

— Я думала, что вы умерли.

— Жива, — прокряхтела, снова пытаясь приподняться. — Помоги мне.

Люля придержала меня за плечи, подложив подушки под спину.

Комната сделала небольшой кульбит и замерла, давая мне возможность отдышаться.

— Как я здесь оказалась?

— Просто появились. Из воздуха. Раз — и на кровати. И не двигаетесь. Я пыталась привести вас в чувство, но вы даже не дышали.

— Всё нормально. Ты кому-нибудь сказала?

«Не хотелось бы огорчать народ. А то мало ли, может, кто уже поминать начал», — подумала я.

— Еще нет. Вы же только… появились.

«Отлично. Значит, время здесь течет по-другому».

— Мне нужно к Эшфорту. Прямо сейчас.

«Как же он, наверное, переживает. Решил, что я пропала навсегда! Надо успокоиться, сказать, что вернулась.