Самый влюбленный дракон

Увы, в Березовске лётным навыкам не обучали из -за крылатых соседей, но раз уж судьба так удачно свела меня с драконом, властью наделенным, я смогу поучаствовать в судьбе будущих выпускниц Березовской школы.

Последующие несколько часов я самозабвенно чертила в альбоме план ведьмовской образовательной программы. Наш выпуск драконы распределили между источниками силы, но в школе учились и другие девушки. А я пока понятия не имела, как сложится их судьба. Не могут же драконы прибрать абсолютно всех ведьм к рукам? Зачем им столько?

Так странно, в Акароне у меня не было ни минуты покоя. Работа в трактире, частная практика и пост наблюдателя на дуэлях отбирали все время и силы. Но сейчас, вдалеке от столицы, я могла подумать и об иных задачах.

К полудню, когда степь незаметно сменилась березовой рощей и начали попадаться невысокие елочки, возница сделал остановку. Имени мне своего мужчина не назвал, зато поделился ржаным хлебом с ароматной чесночной корочкой, я протянула ему пирожки, что успела выдать мне в дорогу Малли.

— Долго еще ехать?

— Пока сосны не начнут небо закрывать. В сам Драконий приют не повезу. Дрохи любят над путниками подшучивать, а у меня телега новая. Не хочется ее домой на себе тащить.

Малли упоминала, что ведьма Драконьего приюта приманила к себе исключительно вредительствующую нечисть, но утверждала, что она не пакостит местным жителям. А с приезжими, значит, не церемонится?

Вот и проверю!

Возница сдержал слово и остановил телегу, только когда лес сделался таким густым, что небо было не рассмотреть. Распрощались мы душевно: дракон заверил, что подруге Малли всегда будут рады в Кукушкиных слезах. Дорога, по которой ехала телега, прежде выводила путников прямиком к Драконьему приюту, а вот как сейчас сложится, возница не знал, но надеялся, что ведьма с ведьмой всегда договорится.

Я поправила сумку на плече и усмехнулась. Нас, ведьм, пирожками не корми — дай с коллегой познакомиться.

Глава 19

Ведьминская натура порой темна и загадочна. Все зависит от того, с каким гадом поведешься. Хранительнице источника в Драконьем приюте я сочувствовала авансом, поскольку знала, что на работу ее определили насильно. Чем больше об этом размышляла, тем сильнее ворчала так не вовремя разбуженная совесть. Не вовремя это потому что глупости, совершенные из чувства вины, — самые обидные.

Вот так, погруженная в мысли о ведьмовской натуре, я неспешно шла по лесной тропе, когда столкнулась с другой натурой, драконьей, пчелами искусанной, муравьями отмеченной, и местами очень обнаженной. Вдобавок у этих натур, то есть натурщиков, были очень знакомые физиономии.

— Вижу, подзарядка рабочих артефактов удалась, — задумчиво обронила я и попятилась.