\

Но также он был и моим другом. Понимаешь, он был моим другом!

Мартин перевел дух. Чувствовалось, что то, о чем он сейчас говорит, очень важно для него.

— Поэтому я считаю, что имею полное право удочерить девочек… Линда согласна.

У Круза на глаза навернулись слезы.

— А как же… сами девочки? — спросил он. Мартин пожал плечами.

— Мы прекрасно с ними проиграли весь вечер. Знаешь, Кастильо, мне Элли сказала по секрету, что ты не очень‑то с ними и ладил…

«Это все от недостатка времени», — хотел ответить Круз, но промолчал.

— Ладно, напарник, — сказал Кастильо.

— Хватит меня травить такими рассказами. Я думал, что ты напарник, но ты гораздо хуже, чем я предполагал.

— Уверяю тебя, Круз, что ты ошибаешься, — не волнуясь, не впадая в раж, ответил ему Мартин Гастингсон. — Если хочешь, я могу сыграть назад, но Линда не захочет к тебе возвращаться.

— Она так сказала?

— Да, она так сказала.

— Хорошо, но где вы будете жить?

— Где‑нибудь, — проговорил Гастингсон. — Я присмотрю какой‑нибудь дом. Тебе ведь повезло. Вот и я, думаю, увижу объявление, которое будет ждать меня так же, как та бумажка ждала тебя…

Круз глубоко вздохнул и уставился невидящими глазами в окно.

— Слушай, Мартин, — начал он. — Раз такое дело, бери этот дом. Тот, который мы смотрели вместе с тобой!

— А ты как же? — воскликнул Гастингсон, не веря своему счастью.

— Я ведь присматривал его для Линды и детей. Теперь мне он не нужен. Да и какой из меня отец? Я не брошу работы в полиции, что бы со мной ни случилось. Получается, что меня могут убить. Зачем детям новая угроза остаться сиротами? Нет, из тебя с твоими планами заняться чем‑то своим будет гораздо лучший отец…

— Ты действительно так думаешь? — спросил Мартин.

— Да, — кивнул Круз.

— А как же будешь жить ты?

— Как? Как прежде. Но если вдруг мне станет тяжело… Тогда… Я всегда смогу уехать куда‑нибудь, где меня никто не знает, — пожав плечами, ответил Круз. — Еще и неизвестно, кто из нас скорее покинет полицию Нью–Йорка…

— Как это понимать? — удивился Мартин.

— А так! — резко ответил Круз. — Это относится к той области, о которой ты пока ничего не знаешь. И не спрашивай меня, Мартин, потому что мне еще шефу, я уверен в этом, придется все объяснять.

Ох, я просто с ума сойду…

Тут входная дверь в комнату инспекторов открылась. Она распахнулась с таким резким стуком, что Круз вздрогнул.

Ведь он все время разговора с напарником подсознательно ожидал, что сейчас появится комиссар Соммер. Что скажет ему старик? Как с ним поступит? Как с Нилом Тайсоном недавно или начнет расспрашивать?

Но вот он сам, комиссар Джонатан Соммер, стоит перед инспектором Кастильо и сурово смотрит ему в глаза.

Круз с достоинством выдержал этот взгляд.