\

А если люди — а такие безусловно были — и высказывали сомнение в нем и называли сумасшедшим, так делали это просто из зависти к его профессионализму, к его виртуозности. Это был специалист, который с приобретением опыта действительно стал несравненным. Он знал наперечет все свойства спасательных взрывных устройств, умел использовать их так, на что любой другой человек, мыслящий стандартно, никогда бы не решился. Он не боялся риска, был отчаянно смел и находчив. Облачившись в свой защитный комбинезон, пропитанный асбестом, он попросил в деталях описать всю историю пожара и, задав несколько наводящих вопросов, отпустил всех, включая и спасательную команду.

Оставшись наедине со стихией, поддерживаемый лишь кабелем, он напоминал альпиниста, которому па этот раз в единоборстве с силами природы следовало покорить огненную металлическую вершину. Зрелище было грандиозным. Пламя, в котором дрожал перегретый воздух, внезапно превратилось в громадный черный гриб, нависший над большой железной пирамидой. Через несколько минут Круз Кастилио, зависший между небом и морем и кажущийся таким маленьким, начал делать семафорные знаки куском материи. Это означало, что нужно было приехать и забрать его. Полузадохнувшийся, с лицом, черным от копоти, он спускался с вышки победителем, и глаза его сияли, будто в них укрылось побежденное пламя.

Они встретились в палате комфортабельной клиники. Время и события не изменили старых приятельских отношений. Круз крепко пожал руку Джо, давая тем самым понять, что те мрачные сплетни, которые паутиной оплели бывшего заключенного, его не интересуют. Круз считал, что он не только хорошо разбирается в пожарах, но знает толк и в людях, а потому ему не нужно было читать полицейские донесения, чтобы в глубине души быть твердо убежденным в том, что Перкинс невиновен.

Таким образом, Джо обрел наконец в Санта–Барбаре настоящего союзника.

Пожар на буровой скважине был не единственным, который угрожал устойчивости Кепфелла. Во–первых, много неприятностей доставляла старуха Минкс, жившая по соседству, которая угрожала провести экологическую кампанию против него и призвать его к ответственности за то, что он этим пожаром загрязнил море и нанес невосполнимый ущерб природе.

Кепфелл считал, как и многие в Санта–Барбаре, что она просто завидует его положению и его карьере настоящего американца. Но в любом случае, но его размышлению, экология была роскошью, которую могут позволить себе только маленькие страны, а сила его страны несомненно была основана на конфликтах с природой.

Конечно, тревожила его и Келли, но успокаивало то, что он был не единственным человеком, который ею занимался. Вот с Сантаной дело обстояло сложнее.