\

Но Иден, презрев опасность, упрямо спорила с Сантаной.

— Это еще ничего не значит! — воскликнула она. — Если ты думаешь, что когда вы были женаты, он изменял тебе со мной, то я могу тебе сказать, что этого не было. Он просто–напросто отказался делать это.

Сантана вдруг растерялась.

— Что ты имеешь в виду? — пробормотала она. — Я не понимаю.

Внезапно появившийся за спиной Сантаны Ник Хартли осторожно подбирался к ней сзади, явно намереваясь выбить из ее руки револьвер. Сантана пока не замечала его.

— Что это значит: когда мы были женаты? — пролепетала она.

— По–моему, мы еще и сейчас женаты.

Возможно, задуманное Ником увенчалось бы успехом, однако ему помешала Джина. Возможно, она руководствовалась благими намерениями, однако результат оказался прямо противоположным.

— Ник, осторожно — крикнула она.

Сантана мгновенно дернулась и отскочила в сторону. Увидев рядом собой Ника Хартли, она тут же направила на него револьвер и завопила:

— А ну‑ка отойди! Кто еще с тобой?

Он обезоруженно поднял руки.

— Что ты здесь делаешь, Сантана?

Она тяжело дышала. Однако, это не мешало Сантане держать револьвер, направленным в грудь Ника.

— Я… Я ничего против тебя не имею, — растерянно пробормотала она. — Зачем ты сюда приехал?

Он едва заметно подался вперед.

— Я искал тебя повсюду, чтобы помочь.

Она испуганно отскочила назад и снова закричала:

— Не подходи ко мне! Стой там, где стоишь! О какой помощи ты говоришь? Ты хотел помочь мне попасть в тюрьму или в клинику? Или помочь мне стать наркоманкой? Или помочь мне потерять сына?

Ник сокрушенно покачал головой.

— Да, Сантана. У тебя, действительно, очень много поводов для обид.

Но ведь это еще ничего не значит.

Сантана зло усмехнулась.

— Ник, не пытайся остановить меня. Ты ведь друг Круза. Этим для меня все сказано.

Он уверенно кивнул.

— Да, я его друг. Но я не закрываю глаза на его ошибки и считаю, что у тебя есть повод обижаться почти на всех присутствующих здесь.

Ник оглянулся и, посмотрев на Кастильо, многозначительно сказал:

— Даже на тебя, Круз.

Как ни горько было Крузу выслушивать эти обидные слова, однако в глубине души он понимал, что Хартли прав.

Именно его поведение в последние месяцы вынудило Сантану наделать массу глупостей. Она, действительно, хотела только любви, и больше ничего. Но он, целиком погрузившись в свои служебные дела и не разобравшись со своими чувствами по отношению к Иден и Сантане, стал виновником того, что произошло. Если бы он вовремя определился со своими женщинами, то случившегося можно было избежать.

Круз и сам укорял себя в этом, однако теперь уже было поздно сокрушаться и жалеть о происшедшем.