\

СиСи с таким недоумением уставился на дочь, как будто она только что попросила у него сто миллионов долларов наличными.

— Келли… — непонимающе повторил он.

— Я сейчас приду, — с нажимом сказала она. — Иди, папа.

Софии даже пришлось приложить некоторые усилия, чтобы вытолкать изумленно таращившегося на Келли Ченнинга–старшего из дома. Похоже, что его не устраивал роман дочери с каким‑то дворецким.

Когда родители вышли за дверь, Келли попыталась, что‑то сказать Перлу, но он опередил ее.

— Тебе пора ехать, — с горечью произнес он. Она обиженно посмотрела на него.

— Перл, но я хочу сказать тебе…

Он мрачно покачал головой.

— Нет. Не надо. Пожалуйста, Келли, не нужно…

Он отвернулся.

Девушка на несколько мгновений ошеломленно застыла, а потом, словно поняв все, кивнула.

— Хорошо. Я не буду.

Но когда она решительно развернулась и направилась к двери, Перл окликнул ее:

— Келли… Она обернулась.

Из глаз Перла катились крупные слезы, а губы дрожали, словно он испытывал глубочайшую скорбь.

— Ты знаешь, — еле слышно произнес он, — что ты теперь свободна. Я уже давно не пускал в душу к себе ни одного человека… Ты — первая, после моего брата.

Знаешь, мне кажется, что я снова прощаюсь с ним.

Келли едва смогла сдержать свои чувства, чтобы не разрыдаться точно так же, как Перл.

— Но я вернусь, — твердо пообещала она.

Перл прикрыл глаза рукой, чтобы Келли не видела его слез. Голос его был едва слышен:

— Я знаю. Я верю тебе…

Она шагнула ему навстречу.

— Ты знаешь, сейчас я стала намного лучше. Раньше я не знала, что может быть так больно…

Они не выдержали и бросились в объятия друг друга. Перл рыдал на ее плече, словно ребенок. Она вынуждена была успокаивать его:

— Не плачь, Перл… Я ведь вернусь, я обязательно вернусь… Я буду скучать там по тебе.

Теперь ты для меня очень много значишь.

Немного совладав со своими чувствами, он опустил руки.

— Келли, тебе пора. Ступай.

Она, не оглядываясь, зашагала к двери.

— Пока!.. — крикнул ей вслед Перл. — Мы еще увидимся…

Когда Келли ушла, Перл еще долго не мог успокоиться. Прислонившись к дверному косяку, он вытирал рукавом пиджака горькие слезы, лившиеся из его глаз.

Через некоторое время взор его прояснился и он с мрачной решимостью вышел из лома.

Теперь у него оставалась только одна дорога: назад, в клинику доктора Роулингса… Он должен был найти Элис и выяснить у нее судьбу брата.

Сантана, держа пистолет у груди Иден, пятилась, отступая от стоявшего посреди танцплощадки Круза.

— Сантана! — обратился к ней окружной прокурор. — Дай нам вынести Джину отсюда. Она может умереть от потери крови.

Хейли перепуганно посмотрела на Тиммонса.

— Тише, Кейт. Джина может услышать тебя и от этого ее состояние не улучшиться."

"Круз хмуро посмотрел на окружного прокурора.