\

В огромном зеркале, занимавшем почти всю противоположную стену, он увидел отражение полуобнаженной фигуры Софии, которая только что вошла в комнату.

Она опустилась рядом с ним на колени. Затем аккуратно расстегнула пуговицы ему на рубашке и с ласковой истомой провела рукой по его груди.

— Тебе здесь нравится? — полуприкрыв глаза, спросил он.

София начала целовать его.

— Да, конечно… — жарко шептала София.

СиСи принимал ее ласки с каким‑то величавым спокойствием, словно турецкий султан, который наслаждается нежностью одалиски.

Ни на секунду не отрываясь от его груди, она преданно посмотрела ему в глаза.

— Почему ты такой молчаливый сегодня?

СиСи медленно покачал головой.

— Я не молчаливый, я просто поражен тобой и всем этим, я никак не могу прийти в себя.

— Это прекрасно… — шепнула она и снова, обвив руками его шею, припала к его губам.

Спустя несколько мгновений, когда они оторвались друг от друга, София запрокинула голову и тихо прошептала:

— Я люблю тебя. Я знаю, что и ты любишь меня.

СиСи улыбнулся.

— Ты угадала. Именно для того, чтобы ты поняла, как я люблю тебя, мы приехали сюда и спрятались от всего мира.

София задумчиво гладила его по лицу.

— СиСи, а ведь ты лукавишь!.. Я знаю, что твое чувство нельзя назвать просто любовью. Ты хочешь сделать меня своей рабой… Может быть, мне поухаживать за тобой? Что мне для тебя сделать, скажи?..

Она начала стаскивать с него рубашку. СиСи понял, что не может не принять такую просьбу. А потому по–королевски капризно сказал:

— Я сегодня ужасно устал… Эти туфли невыносимо жмут…

София с готовностью опустилась на пол и, демонстрируя полное удовлетворение от того, что происходило, стала медленно разувать СиСи.

Затем она снова припала к его груди и, спустя несколько мгновений, тонкая шелковая рубашка лежала на полу. За ней последовали ремень и брюки.

В жадном порыве страсти они впились поцелуем в губы друг друга. Испытав горячую трепетную страсть, они опустились на диван, целиком отдавшись друг другу.

— София, родная… Только не теряй рассудок… — спустя несколько мгновений прошептал СиСи.

Но она уже почти не слышала его.

— У меня мутнеет разум. Я хочу почувствовать все. И поскорее…

— Теперь мы будем вместе всегда. Я никогда не отпущу тебя ни на одну минуту. Больше для меня никто не существует. Только ты…

К счастью, рана Джины оказалась не опасной. Пуля прошла навылет, едва задев кость.

В травматологическом кабинете городской больницы Джине остановили кровь, обработали рану, наложили швы, сделали перевязку и, торжественно вручив костыли, отправили на отдых и восстановление сил домой.