\

Ответь мне, пожалуйста, на один вопрос: ты переодевалась Роксаной для того, чтобы соблазнить Тэда?

Джейн вздрогнула, как будто эти слова обожгли ее. Некоторое время она молчала, а потом едва слышно проговорила:

— Да. Мне очень нравился Тэд и я хотела, чтобы он стал моим.

Казалось, Хейли была расстроена не меньше, чем Джейн, а потому в разговоре возникла пауза.

— Ну хорошо, — осторожно сказала Хейли, — предположим, что твоя затея увенчалась бы успехом. Тэд вполне мог клюнуть на такое. Расскажи мне подробнее, Джейн, зачем ты это делала? Каковы были твои мотивы? Не бойся, я способна понять все.

Однако для Джейн это было уже слишком. Она истерично завизжала:

— Нет, я ничего не буду рассказывать! Зачем ты лезешь ко мне в душу? Уходи!

Хейли попыталась что‑то объяснить:

— Послушай, Джейн, я ведь просто…

Но та схватила с пола свою спортивную сумку и опрометью бросилась бежать по коридору.

— Джейн, подожди, подожди! — кричала ей вслед Хейли, но все было напрасно.

Резко хлопнувшая в вечерней тишине дверь подвела черту под этим разговором.

Джулия ждала на причале уже, наверное, с четверть часа.

Казалось, похитители совершенно забыли о назначенном ими времени и месте для передачи выкупа за Августу. Над берегом стояла полная тишина, нарушаемая только шелестом волн и отдаленными криками ночных птиц.

Джулия уже не на шутку разволновалась и, беспокойно теребя пальцы, стала нервно расхаживать по причалу:

— Черт возьми, но где же они? — бормотала она. Время, как это всегда бывает при ожидании, тянулось мучительно долго. Тьма, окутавшая берег плотной пеленой, создавала ощущение безнадежности.

Джулия уже была готова, позабыв обо всем, броситься назад, туда, где в машине ее ожидал Лайонелл.

Однако в этот момент она наконец услышала за спиной негромкий звук шагов и, не успев обернуться, разобрала громкий сиплый шепот:

— Ты одна?

Обернувшись, она несколько мгновений пыталась разглядеть в полумраке высокую мужскую фигуру в светлом пиджаке и темных брюках. Хотя воротник пиджака был поднят, а низко на глаза, закрытые темными очками, была надвинута широкополая черная шляпа, Джулии удалось разглядеть, что это был мужчина лет тридцати пяти, с резкими чертами лица и острым кадыком, выступавшим на шее.

В руке он держал револьвер, направив его на Джулию.

Преодолев секундное замешательство, она, наконец, осознала о чем ее спрашивал преступник:

— Да, я одна."

"Тот удовлетворенно кивнул и едва заметно осклабился:

— Хорошо. Если ты привела хвост, то твоей сестрице будет от этого только хуже, — все тем же громким шепотом произнес он.

Очевидно преступник намеренно разговаривал так, чтобы скрыть свой голос.