\

Поскольку нога у нее по–прежнему болела, она шла, держась рукой за стену.

Круз снова загремел в дверь.

— Джина! Открывай быстрее!

— Иду–иду! — недовольно крикнула она. — Что ты так шумишь?

Когда Джина открыла дверь, Кастильо тут же шагнул через порог, с любопытством заглядывая в комнату.

Убедившись в том, что не ошибся, он с мстительной улыбкой воскликнул:

— Джина, кажется, я не вовремя! Нет–нет, вставать не надо… Я ненадолго.

Окружной прокурор, увидев на себе насмешливый взгляд Кастильо, стал стыдливо натягивать на грудь одеяло.

Мейсон вместе с Лили Лайт отправился на кладбище, на могилу Мэри.

Положив цветы на могильный камень, он долго, задумчиво смотрел на никелированную стальную табличку с именем и двумя датами.

— Мы пришли сюда не случайно? — спросила мисс Лайт. Мейсон выпрямился.

— Да, в конце тоннеля появился свет…

Она с интересом взглянула на него.

— Объясни.

— После ухода Мэри меня охватило безразличие и я не знал, что мне делать, как дальше жить… Я ждал знамения, — тихо сказал Мейсон.

— А сейчас?

— У меня появилась великая цель. Будь Мэри жива, она бы стала твоим соратником, Лили.

— Мейсон, вспомни тот день, когда мы познакомились. Твоя измученная душа не слышала моих слов. Но я поверила тебе. Я говорила с тобой. И чудо свершилось — ты доверился мне.

Он взглянул на Лили просветленным взором.

— Я никогда не забуду этого. Это был незабываемый день.

— Да, Мейсон. Помни о своем прошлом, — сказала она. — И будь особенно осторожен в ближайшем будущем. У тебя сейчас трудный период. Многие не хотят свыкнуться с переменой, произошедшей в твоей душе. Тебе сейчас особенно нужна дружеская поддержка.

Мейсон с благодарностью взглянул на нее."

"— Я помогу тебе, — сказала Лили. — Я буду тебя поддерживать, но пусть в твоей душе будет свет, тогда прошлое не поглотит твою душу, тогда все будет хорошо.

Мейсон печально вздохнул.

— К сожалению, люди из прошлого меня не понимают.

Она сочувственно положила ему руку на плечо.

— Это не удивительно. Тебе придется столкнуться не только с непониманием, но и с враждебностью. Многие упорно цепляются за собственные предрассудки, не желая пойти навстречу желающим помочь им.

Мейсон прослезился.

— Я даже не знаю, как отплатить тебе. Лили. Ты сделала для меня столько, что я не смогу отдать тебе эти долги до конца жизни.

Она мягко улыбнулась.

— Ты сможешь отплатить мне — своей верой и преданностью. Мне больше ничего от тебя не надо, ведь ты служишь мне, а это можно считать расплатой за долги. Я знаю, что смерть Мэри принесла тебе горе и нестерпимое страдание, но твоя вера в меня поможет преодолеть их. Это поможет тебе.