\

Я уверена, что даже в душе такого человека, как она, всегда найдется место светлым чувствам и истинной вере. Она далеко еще не потеряна для общества, просто мы должны обратить на нее свои взоры и помочь ей восстать из праха. Христианское отношение поможет ей вернуться к Богу и свету.

Хейли смущенно пожала плечами.

— Но я не вижу способа чем‑то помочь Джине. Сомневаюсь, что она вообще примет мою или еще чью‑либо помощь.

Лили мягко возразила:"

"— Ты просто не знаешь еще своих возможностей. Добрым отношением можно добиться всего — это старая истина. Хейли, я хочу попросить тебя об одной вещи.

Девушка вскинула на нее загоревшиеся глаза.

— Ну, разумеется, я буду очень рада, если смогу выполнить вашу просьбу, мисс Лайт.

Неотрывно глядя на Хейли, как людоед перед употреблением в пищу, она сказала:

— Я прошу тебя прийти на наше следующее собрание.

— А когда?

— Сегодня вечером. Хейли стушевалась.

— Я, наверное, не смогу, — сказала она, опустив глаза.

— Это продлится недолго, — поспешно воскликнула Лили, — тебе не обязательно отвечать сразу, у тебя еще есть время подумать. Приходи, если сможешь.

С этими словами она достала из сумочки и протянула Хейли карточку, на которой были написаны место и время собрания.

— Приходи, если сможешь, — снова повторила она, — тебе понравится у нас, Хейли, вот увидишь. Обязательно понравится.

Хейли польщенно улыбнулась.

— Я постараюсь. Спасибо за приглашение.

Неожиданное появление на радиостанции Джины, тетки Хейли, внесло некоторую сумятицу в милую беседу.

— Что здесь происходит? — прямо с порога закричала она.

На лице ее было написано такое глубокое возмущение, словно прямо на ее глазах происходило растление малолетних.

— Что здесь делает эта дамочка в белом?

Опираясь на палку, Джина подошла к племяннице и загородила ее грудью, пытаясь оградить от пагубного воздействия проповедей Лили Лайт.

— Тетя Джина, — с некоторым смущением сказала Хейли, — мы…

Джина не стала дожидаться объяснений и решительно взмахнула рукой.

— Держись от нее подальше, она тебе не компания.

— Но мы, — робко возразила Хейли, — просто беседовали. В этом нет ничего дурного. Ты напрасно подозреваешь нас.

Джина набросилась на проповедницу:

— А ты, святоша, держись от нее подальше. Она моя племянница, мой единственный родственник, и не дам ее в обиду. Ты думаешь, что можешь полоскать мозги каждому, кто только попадется тебе на пути? Ничего подобного, не на тех напала.

Лили Лайт со смиренным выражением лица выслушала этот яростный монолог и кротко сказала:

— Не стоит так злиться, Джина, я знаю, что ты когда‑нибудь помиришься с Сантаной.

— Ни за что на свете, — мгновенно парировала Джина.