\

В конце концов, она великолепно шьет и отлично скрывает недостатки фигуры…

Лишь мужчина не мог бы различить в словах Джины явную издевку. Разумеется, София ответила Джине тем же.

— Как хорошо, что тебе кто‑то помогал решать проблемы! Но у меня другие планы, — ответила она.

Шаги на лестнице заставили Джину оглянуться. С мрачновато–неприступным видом к ней приближался Ченнинг–старший.

— Привет! — со счастливым видом воскликнула Джина.

— Здравствуй, — холодно ответил он. — Что тебе нужно?

Джина показала на свой таинственный подарок.

— Вот.

Принесла пораньше, потому что его нельзя закончить без участия Софии.

Джина развернула свой пакет, и СиСи с Софией увидели собственный портрет, правда с одним маленьким «но» — на месте лица предполагаемой невесты красовалось белое пятно.

— Вот! — радостно сообщила Джина. — Этот портрет написан художником Холениусом. Он очень знаменит.

Рассмотрев неоконченное творение, СиСи возмущенно воскликнул:

— Это что — дурная шутка?

Джина сделала вид, что ничего страшного не произошло.

— Это вовсе не шутка, — серьезно сказала она.

— Это — ваш свадебный портрет. Видишь, ты изображен в замечательном черном смокинге, а на твоей невесте — прекрасное свадебное платье и шляпка…

СиСи разъяренно ткнул пальцем в чистый участок холста на том месте, где должно было быть изображено лицо невесты.

— Вот это что такое? А? — закричал он. — Что это значит?

Джина и из этой ситуации умудрилась вывернуться."

"— Холениус считает, что не сможет как следует выполнить работу, имея только фото Софии, которое я смогла ему предложить. Видишь ли, дорогая, ты там снята в этом своем ужасном желтом сарафане.

Поэтому он хотел, чтобы ты сама позировала ему для окончания портрета. Я считаю, что это очень мило. К тому же, Холениус сейчас — самый модный и шикарный художник. Я надеюсь, что ты с ним встретишься.

Джина одарила Софию лучезарной улыбкой. Та ответила ей тем же.

— Я тоже на это надеюсь, — ответила София, давая понять, что разговор закончен.

СиСи вовсе ничего не сказал. Он просто подошел к двери и, распахнув ее, многозначительно указал Джине на порог.

Та мгновенно все поняла и, не вдаваясь в подробности по поводу художественного произведения, преподнесенного ею в подарок, поковыляла на улицу.

— Пока.

СиСи резко захлопнул за ней дверь и вернулся в гостиную.

София стояла рядом с непревзойденным творением знаменитого мастера и скептически улыбалась.

— Взгляни, СиСи, — она ткнула пальцем в портрет, — ведь это похоже на свадебное платье Джины.

— Да… — саркастически протянул СиСи. — Кажется, что‑то знакомое… Я это уже явно где‑то видел.