\

— Черт возьми! — выругался Перл, вскакивал из‑за стола. — У меня в голове сейчас только эти деньги, квартплата, доходы. Некогда подумать о нормальных делах. Ты тоже занята — краски, ремонты, обои. А я должен сдать две квартиры, чтобы мы смогли расплатиться с банком.

Келли осуждающе посмотрела на него и покачала головой:

— Перл, я не узнаю тебя. Ты теряешь чувство юмора.

Он мрачно отмахнулся.

— Да нет же, — лукаво улыбаясь, она повторила, — теряешь, теряешь. Чувствую, что скоро ты станешь старым скрягой, который будет ходить по дому, ворчать и жаловаться. Ты будешь все время ныть, что кто‑то моется в душе слишком долго, потом тебя будут все время волновать налоги, тебя будет волновать то, что кто‑то долго не гасит свет…

Она подошла вплотную к Перлу и шаловливо потянула его за руку:

— Перл, ты ведь не такой.

Не надо волноваться обо всей этой ерунде. Мы с тобой справимся со всеми неприятностями. Ведь нам пришлось пережить и не такое, ведь правда?

Он почувствовал, как напряженность покидает его, и обнял Келли:

— Действительно, ты совершенно права, дорогая. Мне не нужно терять чувство юмора, иначе я сойду с ума.

Он крепко обнял се и поцеловал.

Отрываясь от него, она сказала:

— А если ты не сможешь справиться с этим, то я тебе помогу. Я же сильная, правда?

Перл кивнул:

— Ну, разумеется, ты очень сильная, ты — молодец.

Утро следующего дня было пасмурным и дождливым. Келли проснулась в половине восьмого оттого, что кто‑то стучал молотком. Спросонья протерев глаза, она накинула на себя длинный белый халат и спустилась вниз. Стук продолжался. Выскочив на улицу, Келли подобрала лежавшие на пороге газеты, которые безнадежно промокли, и положила их в прихожей на столик.

Стук молотка снова повторился. Он доносился из комнаты на первом этаже, которую Перл и Келли сдавали, как студию. С удивлением отметив, что дверь в студию приоткрыта, Келли осторожно распахнула ее. В комнате никого не было, однако на столе лежал открытый кожаный кейс и серая куртка.

Келли осторожно вошла в комнату и, тихо ступая по паркету, спросила:

— Здесь есть кто‑нибудь?

За прикрытой дверью ванной комнаты раздался какой‑то шум, и оттуда вышел незнакомый ей молодой мужчина с короткими, слегка вьющимися волосами, и с симпатичной открытой улыбкой.

— А, здравствуйте, — сказал он, вытирая руки бумажным полотенцем. — А я думал, что вы из телефонной компании.

Она смерила его недоуменным взглядом:

— А вы кто?

Он широко улыбнулся:

— А я ваш новый жилец — Картер Дуглас. А вы, наверное, Келли?

— Да, — спокойно ответила она.

Дуглас подошел к столу, на котором лежал раскрытый кейс, достал оттуда визитную карточку и положил ее перед стоявшей рядом Келли:

— А я — Картер Дуглас, — снова повторил он. — Кажется, я разговаривал с вами пару недель тому назад.