\

Джулия произнесла:

— А теперь дай мне одеться.

Он поднял с пола ее белье из тонкого шелка. Оно было почти невесомым. Он держал его в руке и думал, что оно какое‑то особенное. И та, кто носит его, тоже должна быть особенной.

Мейсон подал ей платье. Джулия притянула его голову и поцеловала его в лоб.

— Мейсон, — произнесла она, Мейсон… Я сейчас почему‑то подумала, что не сказала еще тебе самого главного…

Мейсон внимательно посмотрел на нее.

— Чего же?..

— А ты не понимаешь?.. Мейсон, я люблю тебя… Я очень тебя люблю…

И, сказав это, уткнулась головой в подушку.

Мейсон тихо, одними только губами, произнес ей в ответ:

— Я… Я тоже люблю тебя, Джулия…

Мейсон, поднявшись, смущенно улыбнулся и вышел из комнаты. Почему‑то именно сейчас ему очень захотелось выйти на улицу, чтобы полной грудью вдохнуть свежий утренний воздух.

Выйдя из дому, он бесцельно пошел по улице. По пути он вспомнил, что надо было ей сказать, и чего он не сделал — много прекрасных слов. Он шел по улице и думал, как много мог бы сказать этой прекрасной женщине, будь он другим человеком.

А потом он направился в сторону цветочного магазина с вывеской «Освальд Р.

Моррисон» и, вспомнив, как во время той ночной прогулки по Санта–Барбаре Джулии почему‑то захотелось роз. Мейсон накупил цветов на все деньги, что были у него с собой.

Продавщица набрала целую охапку и обещала отослать ее Джулии к десяти часам утра. Договариваясь с Кэпвеллом, она весело рассмеялась и от себя добавила к букету роз и пучок фиалок.

— Ваша дама будет наслаждаться ими по крайней мере две недели, — сказала она.

Мейсон Кэпвелл кивнул и расплатился, после чего медленно пошел домой… Но, дойдя до ворот своего дома, круто развернулся и вновь направился к дому Джулии, постепенно ускоряя шаг…

Он вошел, не постучавшись — дверь была открыта.

Пройдя в спальню, он увидел, что она уже поднялась.

Подойдя к Джулии, Мейсон нежно приобнял ее за плечи и поцеловал ее.

— Я тоже, — сказал он, глядя Джулии в глаза, — я тоже, Джулия…

— Что ты?.. — спросила она его непонимающим голосом. — Что ты, Мейсон?..

— Я тоже люблю тебя!..

И она, ни слова не говоря, уткнулась лицом в его плечо…

Когда завтрак был закончен, Джулия, счастливо сверкнув глазами, предложила:

— Может быть, прогуляемся?.

. Мейсон улыбнулся в ответ.

— Оказывается, Джулия, ты все‑таки безнадежный романтик…

Та удивленно подняла брови.

— Я?..

— Но не я же…

— Но почему?..

— Почему ты не считаешь себя романтиком?..

— Зато считаю тебя… Оказывается, ты очень любишь пешие прогулки не только по вечерам, но и по утрам…

Согласно кивнув, она произнесла:

— А разве это плохо?..

— Значит, ты дважды романтик.

— Значит, пойдем?..

— Да, конечно, конечно…

И они, быстро собравшись, вышли на улицу.