\

По всему было заметно, что при этом разговоре Мейсон испытывал огромные неудобства — он не мог поднять на Джулию взгляда…

Та, спокойно выслушав своего недавнего подзащитного, спросила:

— Нет, ты это серьезно?.. Тот смущенно опустил голову.

— Мне очень неудобно говорить тебе обо всем этом, Джулия…

— Насчет гонорара?..

Он кивнул.

— Ну да…

Джулия, посмотрев на него, поинтересовалась:

— Ты что — действительно хочешь предложить мне деньги, Мейсон?.. Ты действительно хочешь дать мне деньги?..

Ему показалось, что в голосе Уэйнрайт послышался испуг — наверняка она подумала, что, предлагая ей деньги, Кэпвелл хочет просто отделаться от нее…

— Каждый труд должен быть оплачен, — тихо произнес Мейсон.

Однако фраза эта прозвучала очень уклончиво — Джулия, которая всегда отдавала предпочтение конкретному изложению мыслей, ожидала иного.

— Нет, неужели ты серьезно хочешь предложить мне деньги?..

Мейсон ответил очень неопределенно:

— Я хочу предложить тебе гонорар… Ведь ни один адвокат не работает без гонорара…

Джулия, поднявшись со своего места, подошла к своему возлюбленному и, усевшись рядом, нежно приобняла его за шею.

— Свой гонорар, Мейсон, я уже давно получила, — произнесла она. — Самый большой гонорар за всю свою жизнь… Хотя, — она улыбнулась своим мыслям, — хотя я работала не ради него…

Несколько недель, проведенные в северной Канаде, стали для них незабываемыми — они вспоминали их потом не один год…

Они поселились в небольшом деревянном коттеджике на лесистом склоне горы. Прогулки на свежем воздухе, горные лыжи, тихие и спокойные вечера у камина — что может быть лучше?.

Однажды Джулия спросила его — что он собирается делать, когда вернется в Санта–Барбару?

Тот ответил:

— Во всяком случае, в прокуратуру я больше никогда не вернусь…

Этот ответ несколько озадачил Уэйнрайт, и потому она поспешила уточнить:"

"— Почему же?..

— Понимаешь ли, — начал Кэпвелл, — суд, прокуратура — инструменты насилия, а я абсолютно не хочу им служить.

— Служить насилию?..

Он кивнул.

— Да…

— Но разве в прокуратуре невозможно служить справедливости?.

Мейсон отрицательно покачал головой.

— Нет…

— Разве там нельзя утверждать идеалы правосудия, Мейсон?..

— Нет…

— Но почему?.. Вздохнув, Кэпвелл произнес:"

"— Я очень долго думал над этим. Нельзя утверждать высшие интересы справедливости посредством силы… Нельзя служить добру через насилие. Насилие — самое страшное зло, Джулия. Одна из главных причин бедствий людей — это ложное представление о том, что одни люди могут улучшать жизнь других людей при помощи насилия.