\

Наконец, не здороваясь, СиСи сказал:

— И что же ты здесь делаешь?.. — тон его голоса был жестким и холодным.

Уже не скрывая торжествующей улыбки, Грант произнес:

— Ты не рад мне, СиСи?

Тот несколько мгновений пристально смотрел на брата, барабаня пальцами по столу.

Затем, очевидно, решившись нарушить паузу, СиСи встал и, не отрывая взгляда от глаз Гранта, произнес:

— Зачем ты здесь?

— У меня здесь кое–какие дела, связанные с Мадлен. И я хотел бы повидаться с Кортни…

— Она живет у нас, — спокойно ответил СиСи. Грант, неотрывно глядя на брата, произнес:

— Я этого не хотел! Мне не хотелось бы быть тебе хоть чем‑то обязанным! Пришли мне счет за все ее расходы.

СиСи, хотя и был глубоко уязвлен замечанием брата, однако не подал ни малейшего вида. Напротив, он снисходительно улыбнулся и сказал:

— Здесь больше мороки, чем денег… Грант холодно посмотрел на брата.

— В любом случае я не хочу, чтобы она была должна что‑то тебе.

— Ты ничего не сможешь сделать, — рассмеялся СиСи.

В глазах Гранта блеснули искры.

— Если ты ждешь от меня чего‑то, кроме ненависти, после того, что ты со мной сделал… — угрожающе произнес он.

— После того, что сделал со мной ты… — уточнил СиСи. — После того, как ты украл первый цент у семьи…

Грант готов был взорваться, однако сдержал Свои чувства.

— Это ложь! — уверенно сказал он. — Ты знал это тогда, СиСи. Ты знаешь это и сейчас.

СиСи хмыкнул:

— Ты украл деньги компании «Кэпвелл Энтерпрайзес», тебя лишили наследства именно после того, как ты был уличен в воровстве. Или ты хочешь сказать, что это не тебя поймали на краже?..

— Меня удивляет твое упрямство! — зло сказал Грант.

— Тебе ведь, СиСи, должно быть прекрасно известно, что это ты подставил меня тогда. Ты добился, чтобы меня выгнали, а сам нагло завладел моим куском семейного пирога…

— Ты можешь думать все, что угодно, Грант, — возразил СиСи. — Я уверен в правоте своих действий.

— Это заметно, — усмехнулся Грант. — Однако ты не учел одного: нужда — мать деловой энергии. Я не пропал. Ты думал, что расправился со мной навсегда, вышвырнув меня на улицу. Однако…

Грант сделал паузу и гордо поднял голову:

— Теперь я богат — почти так же, как и ты.

Извини, мне пора…

Он повернулся, давая понять, что разговор закончен.

— Грант… — тихо сказал СиСи, при этом губы его едва заметно дрожали.

Его брат повернулся и вопросительно посмотрел на СиСи:

— Прими мои соболезнования, — сказал тот, — в связи со смертью Мадлен.

Глаза Гранта были холодны. В них не проявилось никаких чувств.

— Я догадывался, что с ней здесь что‑то должно случиться…

СиСи попытался оправдаться:

— Я не подозревал, что она в опасности. Грант поджал губы.