\

Тот подошел совсем неслышно и окликнул дочь:

— Иден!

От неожиданности она вздрогнула и обернулась.

— Ну как? — спросила она СиСи. Тот хлопнул в ладоши.

— По–моему, все идет отлично.

— Это все я постаралась, — сказала Иден.

— Конечно, большое тебе спасибо. Маме очень нравится, а тебе?

— Мне тоже.

Иден опустилась на стул, а СиСи остался стоять, глядя в темноту.

— Отец, может сегодня лучше всего сказать маме о том, что ты знаешь про операцию?

СиСи наморщил лоб.

— Не знаю, может и в самом деле стоит, но, по–моему, она еще не готова к этому. Даже не столько она, сколько мы вдвоем.

Услышав, как отец говорит о себе и матери, Иден удивленно посмотрела на него. Нет, конечно она видела, что произошло сегодняшним вечером, но не думала, что дела зайдут настолько далеко.

Но для того, чтобы подтолкнуть отца к принятию решения, она сказала:

— По–моему, ты не говоришь об этом не столько из‑за мамы, сколько из‑за себя.

Как и рассчитывала Иден, эти слова возымели на отца действие. Улыбка сразу исчезла с лица СиСи, он посерьезнел и спросил:

— То есть?

— Тебе просто хочется думать, что так ты поступаешь ради нее, но на самом деле, отец, ты — эгоист, ты делаешь так, как лучше тебе.

СиСи старался не смотреть на дочь, но объяснить ей все‑таки пришлось. Правда, СиСи выбрал свой излюбленный путь — свел все к шутке.

— Я помню, однажды моя любимая дочь, — он обнял Иден за плечи, — выговаривала мне, что я слишком интересуюсь ее личной жизнью.

— И что? — спросила Иден.

— Я перестал делать это. Я оставил ее в покое.

— А теперь ты хочешь… — улыбнулась Иден, — чтобы я в благодарность оставила в покое тебя?

— Да, Иден, именно это я имею в виду. Сделай мне подобное одолжение, не так активно занимайся устройством моей жизни.

— Ну что ж, дорогой отец, решать тебе, я просто посоветовала.

Но СиСи уже вновь улыбался.

София оставалась сидеть одна за столиком. Она через всю террасу следила за СиСи и Иден. Ей хотелось подойти, но она понимала, что сейчас у Иден и СиСи серьезный разговор. Она была счастлива сегодняшним днем.

— Мы так редко собираемся все вместе, — вздохнула Иден.

— Но и сегодня всех не было.

— Нас, Кэпвеллов, слишком много, чтобы мы могли собраться все.

— Надо придумать какой‑нибудь праздник, — предложила Иден, — такой, куда соберутся все — и те, кто в ссоре, и те, кто любят друг друга.

От упоминания о ссоре СиСи наморщил лоб: он вспомнил разговор с Грантом.

— Извини, отец, — быстро поправилась Иден, — если я сказала что‑нибудь лишнее.

— Да нет, здесь моя вина, — успокоил дочь СиСи, — ты здесь ни при чем. Спасибо тебе за вечер.

Официант, с которым Иден договорилась о встрече, стоял в почтительном отдалении. СиСи краем глаза заметил его, но не стал ничего уточнять, он просто вернулся к Софии.