Счастливый торт Шарлотты

Здесь мы встретились и обнялись с Гвен и Дилвином, увидели и церемонно поздоровались с сэром Лливелином и Мэбоном. Чарльза знали здесь практически все и старались протолкнуться к нам, чтобы засвидетельствовать ему своё почтение. Я увидела Бронуин, но она не спешила вместе со всеми подойти к нам, помахала издалека рукой, улыбаясь. Её улыбка от чего-то показалась мне зловещей. Я кивнула и отвернулась от неё.

Преобладающие цвета в одеждах присутствующих были — красный и синий. Бархат, шелка, меха и драгоценные каменья украшали одежду дам и их кавалеров.

Следом за гостями слуги внесли в зал кувшины с водой, специальные тазики для мытья рук и полотенца.

Наконец, после непременного и обязательного по средневековому этикету умывания рук мы перешли к бесконечно длинным столам. Места заранее распределены — строго по чину и положению каждого гостя. На столах уже были расставлены большие металлические кувшины с вином, чаши, соусники, солонки, ножи, золотые и серебряные кубки.

В этот момент в зал в сопровождении свиты вошел король и несколько минут слушал приветствия с легкой небрежной улыбкой. Это был невысокий, но крепкий мужчина с бородой почти до груди, волнистые волосы были такой же длины. Одет он был в длинную тунику с широким поясом и алую бархатную, подбитую мехом, накидку. Узкие штаны и высокие, выше колен, сапоги, завершали образ. На груди висел какой-то орден, величиной с блюдце. Обводя глазами зал, он не задерживался на лицах. Затем он занял своё место за столом и началась трапеза.

Те же прислужники разнесли первое блюдо — жареное мясо, изрядно приправленное острым соусом. Это была кабанятина. За первым блюдом последовало второе — оленина. Затем наступил черед птицы, дичи и рыбы. В конце обеда принесли фрукты…

В этот момент распорядитель приёма объявил, что сейчас, специально для его величества принесут подарок от герцога Корнуолла и маркизы Бофорт, подарок изготовлен лично маркизой Бофорт.

По залу пробежал гул изумления, все стали искать глазами Корнуолла, чтобы по нему определить его спутницу — меня.

Когда внесли торт, водрузив его на королевский стол, началась настоящая овация — шум, выкрики, одобрительный свист и прочее выражения восторга.

Я посмотрела на короля — он не отрываясь смотрел прямо на меня, откинувшись на спинку своего кресла. А мне почему-то захотелось спрятаться за спину Чарльза. Но нам следовало подняться и поклоном выразить своё почтение его величеству. Что мы и сделали.

Король поднялся, поблагодарил за такой необычный и удивительный подарок, произнес тост в честь Дня сбора урожая и пожелал всем присутствующим благополучия и процветания.