Седьмая жертва

Я не могу допустить, чтобы вы находились наедине неизвестно с кем. Вам понятно?

Кстати, о чем будет интервью?

– Кажется, об этих убийствах…

– О каких убийствах? Это связано с той телепередачей, когда Татьяне Григорьевне угрожали?

– Ну да.

Наконец с уборкой было покончено. Андрей Тимофеевич отнес к себе в квартиру оба пылесоса, а когда вернулся, Ирочка уже переоделась и пудрила носик перед зеркалом в прихожей.

– Вот и славно, – добродушно прогудел он, – все успели. А вы волновались.

Журналист по имени Георгий Меньшов появился ровно в назначенное время и был немало огорчен тем, что Татьяны пока нет и в ближайшее время не будет.

Но, встретив доброжелательную Ирочкину улыбку, взбодрился.

– Видите ли, я хочу сделать материал о том, что чувствует человек, когда над ним нависает некая абстрактная угроза. Я своими глазами видел ту передачу по телевидению, когда Татьяне Григорьевне и ее коллеге угрожали, и мне интересно, во-первых, воплотилась ли эта угроза в какие-нибудь реальные действия и, во-вторых, как Татьяна Григорьевна на это реагирует. И как реагируют члены ее семьи. Поэтому мы можем пока начать беседу с вами, если вы не возражаете."

"Ирочка совершенно не возражала, потому что лично у нее интервью брали впервые, обычно журналистов интересовала только Татьяна как автор популярных романов. Некоторые, правда, пытались взять интервью у Стасова, задавая ему совершенно идиотские вопросы о том, каково ему быть мужем известной писательницы, но Стасов, не отличавшийся чрезмерной деликатностью, интеллигентно хамил и от ответа уклонялся. На Ирину же внимания никто не обращал, считая ее, по-видимому, приходящей домработницей.

– Итак, – начал Меньшов, включив диктофон, – насколько мне известно, убиты уже два человека…

– Три, – тут же поправил его Андрей Тимофеевич.

– Неужели три? – удивился журналист. – А мне сказали – два. Наверное, сведения устарели. Простите, вы кто будете Татьяне Григорьевне? Отец?

– Сосед, живу в соседней квартире. Третье убийство совершено совсем недавно.

Ира удивленно посмотрела на Андрея Тимофеевича. Ну и память у него! Дома они, конечно, обсуждали с Таней каждое убийство, но в присутствии соседа это сворачивалось до мимолетных упоминаний. Надо же, как он все сечет!

– Итак, совершены три убийства. Вы знаете, кто эти люди, почему и при каких обстоятельствах их убили?

– Татьяна вам расскажет все, что сочтет нужным, – уклончиво ответила давным-давно раз и навсегда проинструктированная Ирочка. – Я не могу обсуждать с вами то, что касается материалов следствия.

– Минутку, – Меньшов поднял руку, – насколько мне известно, Татьяна Григорьевна Образцова не является следователем, ведущим это дело. Так что на нее и на ее близких запрет не распространяется.