Седьмая жертва

Вот какие нравы царят в дикой природе, а мы продолжаем пускать слюни, восхищаясь ее гармоничностью и естественностью, и проклинать человечество, которое придумало убийство.

– Душераздирающая история, – согласилась она. – И ты ходишь в зоопарк, чтобы посмотреть на львов?

– И на них тоже. А еще на слонов. Мне один психиатр как-то рассказывал, что у людей есть такой склад психики, который называется эпилептоидный. Они по характеру на слонов похожи. Знаешь, медлительные такие люди, аккуратные, дотошные, любить умеют преданно, крепко и на всю жизнь. Но злопамятные – жуть. И жестокие безмерно, если их довести. То есть чтобы их довести – это, конечно, суметь надо, они вообще-то спокойные и уравновешенные, но уж если кому удалось – то уноси ноги все, кто может. Эпилептоидный тип будет переть, как разъяренный слон, давя и сметая всех на своем пути. И должно пройти очень много времени, чтобы он успокоился. И вообще, Пална, к какой клетке ни подойди – обязательно увидишь типаж, который по жизни встречался. Или посмотришь на зверюгу и вдруг понимаешь, какого типа должен быть преступник, которого ты в данный момент ищешь. Ладно, это все лирика. Про Казаряна рассказывать или ты уже такая злая, что ничего слушать не хочешь?

– Злая, – подтвердила Настя, – поэтому лучше рассказывай, а то еще больше разозлюсь.

– Ой боюсь, – дурашливо пропищал Сергей тоненьким голоском. – Значит, так, Пална. Валентин Казарян накануне убийства имел кого-то в гостях, причем это был именно его личный гость, а не лагерное начальство.

– Откуда знаешь? – перебила его Настя. – Факты или догадки?

– Догадки, но приближенные к фактам. У Казаряна была заветная консервная баночка, которую он вывешивал на заборе, когда хотел дать понять бомжам, что в лагерь нельзя. Обычно он ее вывешивал, когда в лагерь из Москвы приезжали проверяльщики или начальники. За день до убийства банка висела, и бомжи отправились ночевать к знакомому алкашу. На другой день в послеобеденную пору молоденький бомжик по прозвищу Биря зашел в лагерь поклянчить у Казаряна спичек. Банки не было, спичками парень разжился, а на прямо поставленный вопрос о возможности вечернего визита внятного ответа не получил. Дескать, там видно будет. И ни слова о том, что вчера, мол, начальство: нагрянуло лагерь перед осенними каникулами проверить. Ни слова!

А вечером баночка заветная – тут как тут, Я в Москву вернулся, начальников этих разыскал, они мне подтвердили, что в лагерь в те дни не наведывались.

– Получается, у него накануне кто-то был и обещал появиться на следующий день тоже, но Казарян не был уверен, что он приедет, – сказала Настя.