Седьмая жертва

Иногда он исчезал на два-три дня, забирая с собой собаку, и по возвращении на встревоженные вопросы отвечал со смехом, что ездил на рыбалку или на охоту."

"На охоту с догом! Просто смешно. И ни разу – ни разу! – не угостил соседей ни рыбой, ни дичью. Даже не похвастался добычей. Настоящие рыбаки и охотники так себя не ведут. Однажды Ира из окна увидела, как сосед уезжает. В костюме и с «дипломатом» в руках Андрей Тимофеевич садился в «Волгу», устроив Агата на заднем сиденье. Вернулся через три дня и объявил: «Рыбачить ездил». Это в костюме-то и с «дипломатом» вместо удочек?

Ирина в тот раз промолчала, потому что была человеком воспитанным и деликатным. В конце концов, сосед – мужчина красивый, еще не старый и вдовый, иными словами – свободный, наверное, он провел эти три дня с женщиной, и кто сможет упрекнуть его в том, что он не сказал правду? Да, в тот единственный раз Ира точно знала, что Андрей Тимофеевич солгал, но нашла для этой лжи вполне приемлемое оправдание. Теперь же, покопавшись в памяти, она пришла к выводу, что сосед солгал не только в тот единственный раз. Он врал насчет своих отлучек всегда, никакой он не рыбак и не охотник. Просто у него есть женщина, и женщина эта появилась давно, наверное, сразу после смерти жены, скончавшейся два года назад, а может, и раньше была, при жене еще. Соседу не хочется, чтобы о нем говорили: «Только-только жену похоронил и уже другую завел», вот он и скрывает. А может быть, эта дама – человек известный, например, знаменитая актриса, лицо которой всем хорошо знакомо, поэтому Котофеич не хочет, чтобы о ней знали соседи.

Придя к такому выводу, Ирочка облегченно вздохнула. Ну вот, зря она человека подозревает, бочку на него катит. Все нормально, все вполне объяснимо.

Она уже успела погулять с Гришенькой и замариновать мясо для ужина, когда подозрения вновь зашевелились в ее голове. А комнаты? Почему он их запирает?

Почему ни разу не показал Ире всю квартиру целиком, как это обычно делают все хозяева? И еще вспомнилось, что несколько раз он выгонял Иру, когда ему звонили по телефону. Ну, не то чтобы грубо так выгонял, нет. Он снимал трубку, говорил: «Одну минуту», потом поворачивался к Ирочке и мило улыбался со словами:

– Я вас провожу, дорогая?

Да-да, именно так, с вопросительной интонацией, которая не оставляла пространства для маневра. Что можно было ответить на такой вопрос? Только два варианта. Либо:

– Да-да, конечно, всего доброго, спасибо за чай.

Либо:

– Ну что вы, не затрудняйтесь, я найду дорогу к своей квартире.

Третьего варианта не было. Не отвечать же:

– Да вы разговаривайте, не стесняйтесь, я посижу, послушаю.

Вежливая Ира использовала в таких случаях первый вариант и уходила.