Секретарша для искушенного
Подумаешь, случайность: оказаться в лифте с боссом крупной компании. Я тоже так считала, пока не отрубилось электричество. Вот тут и началась эта история. Потому что мой случайный спутник точно знал, как скоротать время в темном и тесном пространстве.
Мне хотелось прикасаться к Виктору, чувствовать под пальцами его тугие мышцы и жар бархатистой кожи. Вдыхать аромат красного апельсина и корицы. Сходить с ума от желания.
Виктор взял мои руки и прижал к своей груди. Что он там говорил насчет ряда пуговиц?
Улыбнувшись, я кивнула, уловив скрытый намек. Начала расстегивать пуговицы его рубашки нарочито медленно и осторожно. У Виктора участилось дыхание, даже такая малость возбуждала его. Я вытащила рубашку из его штанов и бросила на кресло.
— Продолжай, — полу-приказал, полу-попросил Виктор.
Он стоял неподвижно, позволяя мне делать все, что душа прикажет.
— Не останавливайся... — взмолился Вик.
Его руки коснулись моих плеч, зарылись в волосы, побуждая на решительные действия.
Я опустилась на колени и расстегнула ремень брюк.
Глава 53
Виктор
Я всегда считал себя знатоком женщин, полагал, будто могу угадывать их тайные мысли.
Ее нежелание оставаться на ночь…
Я решил, будто все дело в воспитании. Порядочные девушки если и спят с мужчинами, то не живут с ними до свадьбы. Модные феминизмы, женское достоинство и все прочее… Возможно, Кире кто-то хорошенько прополоскал мозги.
Нет ведь?..
Но сейчас это было не важно. Совершенно не важно. Все мои убеждения рассыпались в труху, когда Кира ласкала меня так, как сейчас. Ее маленький нежный язычок вытворял настоящие чудеса. Я стискивал зубы и с шумом выпускал через них воздух. Задыхался от желания и боялся кончить от одного прикосновения к груди.
А ведь Кира еще даже не добралась до члена."
"Но вот она опустилась на колени и расстегнула брюки. Стянула их и боксеры.
— Такой твердый и нежный… — мурлыкнула Кира.
А в следующую секунду ее маленький ротик наехал на меня. Это было нестерпимо приятно. Просто охренительно.
Но я не собирался заканчивать так.
— Поднимись, детка, — попросил охрипшим голосом.











