Секретарша для искушенного

Тогда я вобрала его достоинство в рот — так глубоко, как только смогла. А после выпустила обратно. Возбужденный стон Виктора стал мне наградой. Он выпустил мои волосы и схватился за край стола. Костяшки его пальцев побледнели. Если бы он проделал это с моими волосами, то наверняка вырвал клок. И я была благодарна ему за то, что он этого не сделал. Даже в такие волнительные монеты Виктор заботился обо мне и сдерживал себя, чтобы не причинить мне вред.

Это тоже требовало награды.

Мой рот скользил по члену, то вбирая глубже, то выпуская на свободу. При этом мои губы и язык ласкали его, заставляя Виктора дышать часто и натужно.

Его бедра двигались мне навстречу, поддерживая заданный мной ритм. Уверена, сам обладатель прекрасного образца мужественности предпочел бы более резкие и глубокие выпады. Но тогда бы я попросту задохнулась, он был слишком велик. Я помогала себе руками, сжимая в ладошке то, что хотела чувствовать сейчас в себе. Мои трусики совершенно намокли. Кажется, я и сама была близка к оргазму.

— Я больше не могу сдерживаться, — выдохнул Виктор сквозь плотно стиснутые зубы. — Я сейчас кончу!..

Возможно, мне стоило отстраниться.

Но любопытство и возбуждение победили. Моя пробужденная женственность взяла верх над рассудком, и я продолжила работать руками и губами, как настоящая жрица любви. По крайней мере, такой я сейчас себя и ощущала. Возможно, Виктор за свою жизнь получал и более глубокие и профессиональные минеты, чем то, что делала я. Но если бы мои попытки подвести его к финишу были так жалки, он не разрядился бы так быстро.

То был первый опыт, которым можно гордиться.

Виктор кончил бурно и обильно, рыкнув при этом, как огромный хищник.

Его сперма была горячей  солоноватой на вкус — слишком откровенное лакомство для хорошей девочки. Но в тот момент я чувствовала себя плохой, очень плохой, потому проглотила все до капли. И снова испытала прилив гордости. Это было, пожалуй, круче, чем оргазм. Я вдруг ощутила себя обольстительницей, способной свести с ума мужчину. Чувственной и соблазнительной, самой невероятной.

Гена был не прав, чертовски не прав. Это не я обычная и заурядная, это он не тот мужчина, который мне нужен.

На секунду я представила, что было бы с этим типом, если он видел меня сейчас.

На коленях, растрепанной и возбуждённой, с упоением делающей минет собственному боссу. Наверное, Гена счел меня распутной и совершенно отвратительной. Но именно это доставило бы мне мстительное удовольствие.

Люся была права, не бывает непривлекательных женщин, бывают мужчины, не способные дать ту энергию, от которой у нас все светится изнутри. Именно так было со мной сейчас. «Батарейка» Виктора зарядила меня по-полной, дав прилив адреналина и счастья, жидкой ртутью растекавшегося по венам.