Секретарша и бандит

Напряжение в брюках растет, я ее точно трахну, железно, готов здесь, я не стесняюсь, но она испугается, вокруг очень много лишних фейсов.

Жаль, ведь как сладко."

"Целую глубже, мну хрупкую фигурку и вдавливаю в стену, задираю юбку, она почти моя. Ладонью веду по бедрам и замираю - это не колготки.

Под пальцами кружевная резинка.

В чулки вырядилась.

Серьезно.

И прямо сейчас можно проверить, есть ли веснушки.

Гашу рык.

Моей заминки ей хватает. Она отворачивается, губами скользит по моей щеке и отталкивает в плечо.

И сразу, туда, где ещё остаётся влажный след от ее губ - залепляет мне хлесткую пощечину.

- Вы обнаглели! - она продирается через меня, залита румянцем. Губы красные, от тяжёлого дыхания грудь заманчиво выпирает. - Кто вам разрешал?

Тру щеку.

Давно меня не били женщины. Последний раз - в институте, горячая аспирантка, когда у нас дальше кровати ничего не срослось.

Там понятно, а тут за что?

- Зайка, это поцелуй, а не обыск, разрешения здесь не надо, - оглядываюсь, - и ты сама хотела.

- Ещё и обыск, - она ужасается, - господи, что за ""Криминальное чтиво"", - она торопливо одергивает юбку. - И, вообще. Я на работе. Вас вижу третий раз в жизни. Мало ли, чем вы болеете. Лезете языком...столько бактерий, - она лепечет и краснеет.

- У меня справка есть, - заверяю, поправляю брюки. Смотрю на нее, и это мешает, член не понимает, что нам отказывают. - Давай так, - иду на нее. - Сегодня вечером где-нибудь посидим. Не при отеле, в обычном ресторане. Познакомимся поближе. Я принесу справку.

- Я и так вижу, что вы со справкой, - она пришла в себя, собралась с силами. Зелёный взгляд полон привычного лукавства. Палец постукивает по виску, намекая - покрутить все-таки не решается. - И у нас приличная фирма, а не дом свиданий.

- Я тебя не на свидание зову, - снова присаживаюсь на край ее стола. Она стоит напротив, нарочито занята своей кофточкой, перевязывает тесемки на груди. Какие пальчики, как волк готов поиграть, покусать, - Алена, мы взрослые люди. Ты мне нравишься, я тебе тоже.

- Очень самонадеянно, - она хмыкает, - но вы ошиблись, - вскидывает глаза.

- Я не ошибаюсь.

- А это уже мания величия.

- Каюсь, грешен, - киваю.

- Тогда в церковь, я не священник.

Выдыхаю. Ну что за упрямица?

- Значит, не нравлюсь? - изгибаю бровь.

Ее взгляд пробегается по моим скрещенным ногам, выше, задерживается на блестящей пряжке ремня. Либо на ширинке. Ещё выше, по пуговицам рубашки к моему лицу.

Встречаемся глазами, ведьма, магнитом тянет.

- Нет, не нравитесь, - врёт. Щеки так и горят. Она откашливается, складывает руки на груди, - и раз уж мы все выяснили, вам пора. Мне надо работать, а вы мешаете. Или я уволена?

- Чем я тебе мешаю? - не двигаюсь. Усмехаюсь, - сердечки рисовать в блокноте?

- Этим я занимаюсь в обеденный перерыв, - она кусает губу и смотрит в окно.