Семейные тайны

– Алло, – сказал Берндт, услышавший голос майора Нерлингера, – инспектор, это вы? Да, с вами говорит Берндт Ширмер. Нет, я знаю, что фрау Крегер будет у вас до вечера. Я говорю не о ней. У нас произошло еще одно убийство. Алло. Нет, я, конечно, не шучу. Какие могут быть шутки? Да, как раз в той самой комнате. Прямо в гостиной. И никто отсюда не выходил. Нет, я гарантирую, что никто отсюда не выходил. Мы все по-прежнему сидим в гостиной и ждем вашего приезда. Да, мы решили, что так будет правильно. Погибла Леся Пастушенко, супруга нашего друга Арнольда Пастушенко. Обязательно. Мы все будем ждать вашего приезда. Я им передам. До свидания.

Он убрал телефон, обвел взглядом всех присутствующих.

– Что он сказал? – спросила Мадлен.

– Просил нас не нервничать и сообщил, что немедленно выезжает. Потребовал, чтобы мы ничего не трогали и больше ничего не пили. Он будет минут через десять или пятнадцать.

– Ты правильно поступил, – поддержала Берндта супруга.

– Пусть приедет и во всем разберется, – согласился Герман, – иначе из-за этих подозрений мы просто возненавидим друг друга.

– Мама, – снова подала голос Ева, – а мне кажется, что тетя Леся не дышит. Она умерла?

– Нет. Она просто спит, – успокоила дочь Анна.

– Сделайте что-нибудь, – попросила Эмма, обращаясь к Дронго.

Он посмотрел на мужа погибшей. Тот снял пиджак, чтобы накрыть лицо погибшей.

– Нет, – возразил Дронго, – так она испугается еще больше. Укройте ее таким образом, словно она спит.

Пастушенко последовал совету сыщика, осторожно накрыл пиджаком тело жены.

Дронго удовлетворенно кивнул и подошел к столу. Он наклонился и понюхал чашку, из которой пила погибшая. Затем поднял голову.

– Что вы нашли? – спросила Мадлен. – В ее чашке тоже был яд?

– Я ничего не понял, – признался Дронго. – Там есть остатки кофе, и для экспертизы этого достаточно.

– Тогда скажите, кто туда бросил яд, – поинтересовался Берндт.

– Этого я не знаю. Но согласен, что убийца, возможно, находится среди нас.

Эмма вздрогнула и посмотрел на Дронго:

– Вы действительно так думаете?

– Чашки были вымыты, – напомнил сыщик. – Калерия Яковлевна принесла сюда шесть чашек кофе и две чашки чая для меня и Евы. Итого, восемь чашек, которые сейчас стоят на столе. И я уверен, что наличие яда в чашке нельзя объяснить случайным фактором или плохо вымытой посудой. Кофе налили всем, но погибла только супруга господина Пастушенко. Значит, яд попал в чашку уже в этой комнате.

– Что и требовалось доказать, – кивнул Берндт. – Поэтому я и считаю, что до приезда инспектора и следователя отсюда никто не должен выходить.

– Это только твое чудовищное предположение, – разозлилась Анна. – Можете подозревать меня в чем угодно, но я больше не позволю здесь оставаться Еве и сейчас подниму ее наверх.