Семь снежинок на ладони

Вы же сами писали, что они нуждаются в каждой дополнительной монетке. Да по ним и видно, что живут в деревне не слишком богато.

– Понимаете, Эмилия… Мне жаль вас разочаровывать… Но мастерская Драгаарда существовала не для того, чтобы помогать селянам… Конечно, какую-то монетку мастерицы за работу здесь получали. Но теперь, работая на себя, они зарабатывают больше. Мастерская была частью повинности. Всё, что производилось в мастерских, становилось источником средств на содержание замка и рода Эльдбергов.

– А теперь?

– А теперь основной источник денег – плата за землю, – дал я стандартный ответ, кое-что не договаривая.

 – Всё в этих краях принадлежат нам. Кроме того, я получаю неплохое жалование. А на замок почти не трачусь. Хотя он требует серьёзного внимания. Но чтобы им заниматься, нужно время. Однако, как вы уже поняли, дорогая Эмилия, по первому же зову короля я вынужден мчаться в столицу.

– Вас точно не вызовут в столицу сегодня?

– Даже если вызовут, я не узнаю. Потому что не буду открывать почтовый артефакт, – шепнул я ей на ушко и заговорщицки приложил палец к губам.

– Да вы опасный человек, мой дорогой Рауль! – воскликнула она и «испуганно» прикрыла рот ладошкой.

– Теперь вы знаете обо мне всё, – повинился я. – А то, что ещё не знаете, непременно узнаете сегодня ночью!

– Мне начинать бояться?

– Нет. Предвкушать!

Она негромко рассмеялась, и смех её рассыпался под замковыми сводами, как колокольчики по полу.

– А пока нам будут накрывать ужин, идёмте разбирать подарки, моя дорогая!

– Подарки?..

* * *…Иногда для того, чтобы чувствовать себя магом, даже не нужно обладать даром.

Эмилия восторгалась обновками, прикладывая их к себе и спрашивая, идёт ли ей.

А я пытался понять: как получилось, что уже не юная, в общем-то, девица сохранила такую непосредственность и умение радоваться? Потому что если это игра, то исключительно искусная.

Может, причина в том, что её подарки остались там, в детстве? И теперь она будто возвращается в безмятежные времена, когда была жива её мать и в семье царили благополучие и любовь? Люди, которые никогда не знали любви, не умеют так открыто светиться счастьем. Рядом с жизнерадостно щебечущей Эмили даже во мне просыпалось затерянное в детских воспоминаниях ожидание чуда.

– У меня есть ещё один подарок, – сказал я, когда она утомилась скакать горной козочкой вокруг коробок с нарядами и упала на спину, раскинувшись звездой по покрывалу.

Супруга повернула голову в мою сторону и простонала:

– Ещё?!

Прямо как удовлетворённая женщина после ночи любви.

Я осторожно вытащил из своего гардероба тяжёлую коробку и поставил её на секретер.

– Что это?

– Посмотрите.

Она тяжело вздохнула и протянула в мою сторону руку, показывая, что она без сил.