Семь снежинок на ладони

 – И то, какая премьера ожидается в Королевской опере, и что туда наденет её величество, и как зовут любимую гончую короля, и кто его новая фаворитка.

– Кто она?

– Пока не знаю.

– Обязательно разузнай. А что сказала об этом нойлен Берген?

– Она лишь вскользь упомянула.

– Ты не уточнил? – возмутился я.

– Да я слова не мог вставить! – взорвался Херберт. – Её же заткнуть невозможно! И говорит, и говорит, и говорит, и говорит… Словно ей рот на десять лет заклеили, и теперь всё, что накопилось, рвётся наружу!

– Да?.. Странно. На меня нойлен Эмилия впечатления пустоговолой болтушки не произвела. А что она рассказала о ноффе Броквисте?

– То, что он – друг их семьи.

– А ещё?

– Больше ничего. Потом её понесло…

Я постучал пальцами по столу. То есть очаровательная нойлен предпочла пожертвовать самой свежей информацией, лишь бы избежать расспросов о Ларсе? Интересно-интересно…

– И всё же: откуда ей известно о смене фаворитки короля? Мне казалось, семейство Бергенов после смерти нэйры Солвейг окончательно отошло от дворцовых дел…

– Так спросите у неё сами, – буркнул секретарь. – Тем более что вы на ней жениться собираетесь. Или уже передумали?

– А вот, кстати, да! Херберт… – Я решительно встал. – Я уезжаю.

– Куда?!

– Жениться. На нойлен Берген.

Секретарь застыл в немом потрясении, но я показал жестом, чтобы он подал шубу.

– Так сразу?.. – всё же прорезался у него голос. Херберт поплёлся в гардеробную и вернулся с вещами.

– Дела государственной безопасности не терпят отлагательств. Я должен немедленно принять меры!

– Но вам даже сани не прогрели! – запричитал тот.

– Не беда. Я сам в состоянии. Завтра меня не будет, – заявил я, но у порога обернулся и добавил: – Пожалуй, послезавтра тоже. Постарайся к моему возвращению проверить всё, что рассказала нойлен Берген.

Без двух минут нэйра Эльдберг, подумал я про себя. Эта мысль почему-то наполнила меня кипучей энергией.

Какая всё-таки любопытная штучка – эта Эмилия! И чего хотел добиться Броквист такой стремительной свадьбой?..

* * *После шестого моего развода король велел больше не беспокоить его по вопросу разрешения на брак. Заявил, что его интересуют мои одарённые наследники, а как и с кем я их буду делать, не волнует. Не волновался на этот счёт и верховный жрец Хингвера, покровителя семьи, плодородия и мужской силы. Кажется, ходи Магнус уже смирился с тем, что божество, которому он служит, закрыло на меня глаза и махнуло рукой.

– Хингвер милостив ко всем, – отреагировал Магнус на весть об очередной моей свадьбе, на сей раз – в форме закрытой церемонии. – Тебе непременно повезёт!

Потом подумал и уже не так уверенно добавил:

– Может, даже в этот раз.