Семья для нефтяного магната

— Спасибо большое, — говорю с чувством. Забираю папку с картой и спешу дальше по коридору.

Возле кабинета моего врача действительно сейчас никого нет.

— Валерий, — тихо прошу охранника, — посидите здесь пожалуйста, — показываю ладонью на стулья возле стены.

— Минуту, — он огибает меня. Стучит в кабинет и сам распахивает дверь, засовывая голову в образовавшиеся проем.

— Мужчина, вы ко мне? Проходите, раздевайтесь… — слышу я насмешливо — удивлённый голос своего врача и едва успеваю прикрыть документами улыбку, потому что Валерий отлетает от кабинета, как ошпаренный.

— Все в порядке, — бурчит и отходит к стене.

— Спасибо большое, — отвечаю ему и забегаю в кабинет, плотно закрывая дверь. — Здравствуйте, — выдыхаю, замирая на пороге.

— Здравствуйте, — кидает мне врач, не отвлекаясь от заполнения чьей-то карты, — сами — на стул, документы — мне на стол, и слушаю.

Выполняю все по списку и жду, когда Калерия Викторовна освободится.

Она привычным движением снимает очки, закрывает папку и поднимает на меня глаза."

"— Да лааадно, — тенет, добавляя голосу обертона. — И не проси.

Больше издеваться над собой не позволю. Вот тут, — она без сантиментов стучит пальцем по голове, — тебе лечить надо. Захотеть, понимаешь?

Я не обижаюсь, даже наоборот. Хочу ее сейчас просто расцеловать.

— Вот чего улыбаешься? — хмурится она. — Бледнющая. Опять, наверное, ничерта не ешь. Гемоглобин рухнул, — берет с подставки бланк и пишет мою фамилию. — Беги сдавай, пока лаборатория не закрылась. Они сегодня до четырёх…

— И хгч… — добавляю, перебивая ее.

— Да ладно… — откидывается врач на спинку стула, — ну поздравляю. Пошли смотреть, чего вы там наделали.

Муж то рад? — встаёт из-за стола и идёт мыть руки.

— Аяза больше нет, — говорю тихо и опускаю глаза.

— Так ты не от него что ли? Погоди… — она закрывает кран и подходит ко мне, вытирая руки салфеткой. — И без платка пришла. Я потому и не признала тебя сразу. От другого мужика? За дверью?

— Нет, — мотаю головой и закусываю губу. — От Аяза, но мы… — подбираю слова. — Мы развелись, он поступил очень плохо и… в общем, ему после огнестрела делали операцию, и он не пришёл в себя.

— Да слава Богу, — вдруг перекрещивается врач.

 — Уж прости, но ты до брака и ты в браке — это были два разных человека.

— Да уж, — вздыхаю и начинаю стягивать через голову платье.

— А это что? — с дрожью в голосе спрашивает женщина и перехватывает мое запястье. — Да убери ты платье это! — рявкает, выхватывая его из моих рук. — Тебе помощь не нужна, девочка? У меня есть хороший центр для женщин.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет, спасибо, — заставляю себя улыбнуться. — Уже все хорошо, правда.