Семья моего мужа против развода (СИ)

Что еще за временная петля и откуда она взялась? И как тогда с ней связано мое попаданство?

Я полагала, что после смерти меня каким-то образом перекинуло в последнюю книгу, которую я читала при жизни. Все. Без какого-либо глубинного смысла.

Но что, если на самом деле я должна обеспечить реальную хорошую концовку для всех героев и наказать всех злодеев?

Что ж, Уоллиса уже можно вычеркнуть из списка негодяев. С ним покончили давно. Остался Гордон Эккарт…

Погодите…

Но Шарлотта же в курсе, что он преступник. Она сама это герцогу и сказала. И по сюжету он получил по заслугам, и прежняя Юнис тоже. Так по какой тогда причине после титров и окончания книги счастливого конца так и не наступило?

Кто скрывается в тени?

Если Гордон, такая же марионетка, как и находящийся в его руках Уоллис?

Вспомнились старые подозрения.

Почему император вдруг объявил о пропаже герцога во всеуслышание?

Нет, не правильный вопрос. Почему он вообще так быстро узнал новости о кораблекрушении?

— Рейнард, а какова степень родства Эккартов с монаршей династией? — спрашиваю, прерывая очевидные размышления его светлости о том, как поступить с дядей Гордоном.

Отдать должное супругу, он не смеется и не отказывается отвечать на такой пространный, взявшийся из ниоткуда вопрос.

— Все благородные и древние фамилии связаны между собой кровью. И Эккарты с правящей династией Локвудов не исключение.

— Всего в империи три герцога, — начинаю размышлять вслух, еще не до конца понимая, к чему могут привести подобные мысли: — Один слишком мал по возрасту, другой уже старик, вдовец, у которого нет потомков, его титул унаследует кто-то из побочной ветви семьи, и третий…

Третий герцог сейчас передо мной.

Рейнард Эккарт.

— Император начал политику на уменьшение влияния аристократии спустя всего лишь год после его восхождения на престол. Откуда такая резкая смена курса?"

"Я читала, что прежде Доминик не смел и слова против поддерживающих издревле дворян сказать.

— После императора, титулы трех герцогов в этом сословном делении лишь на ступень ниже…

Значит ли…

— Что император может быть настоящим злоумышленником?

— Юнис! — восклицает герцог, невольно озирается и выдыхает. — Больше не говори подобного вслух, это прямая дорога на виселицу.

Я качаю головой и замолкаю.

Рейнард берет со стола какао-то предмет и щелкает на нем переключателем.

— Теперь даже если кто-то и подслушивает, ничего не услышит.

— Его поведение было подозрительным с самого начала, — продолжаю я.

— Но зачем это его величеству? Его правление на удивление спокойное, империя не вступает в войны, люди живут сыто и нет никакой угрозы.