Наизнанку

— Улыбнись, чего ты такой напряженный? Расслабься, — как ей объяснить, что я не понимаю, что мы здесь делаем?

На третьем по счету зале я понял, это рай для любителей розового и сладкого. Фигуры мороженого, сладких улиток, сахарной ваты, розовых пони и не менее розовой коровы. Спрашивается куда мне столько фотографий? Да и не дай Бог кто увидит это детское безобразие-засмеет.

— Смотри, как классно, — Марина указывает на розовые качели с «сахарной ватой» на верху. И вправду забавно. — Давай покачаемся, — ну а чего бы не покачаться, если я уже фотографировался с розовым пони и висящими розовыми бананами. Сажусь на качели, в надежде, что они таки выдержат мой вес. — Я привела тебя сюда не для того, чтобы поглумиться или посмеяться, и я не знала, что здесь так много розового, — усмехается Марина, раскачиваясь на качелях. — Я хотела, чтобы ты представил себя пятилетним мальчиком, который был лишен этого, иногда полезно окунуться в детство и почувствовать себя счастливым ребенком. Держи, — Марина протягивает мне кулек с конфетами. — Из всех наших разговоров я уловила одну суть-ты сладкоежка. Когда рассказывал о елке в детском доме, ты ждал конфет. На краденные деньги купил конфеты, хотя твой отец уже тогда был в состоянии тебе их купить, и наверняка это делал. На рабочем столе шуточная записка «Уважаемые пациенты, не дарите мне чай или кофе. Достаточно шоколадных конфет». И да, ты постоянно ждешь кексы. Просто подсознательно тебе этого не хватает, и ты хочешь восполнить то, чего у тебя не было до тех пор, пока тебя не взяли в семью. Вот как-то так, — поворачиваюсь к Марине, которая произнесла все это на одном дыхании и не пойму, меня бесит ее речь или наоборот восхищает то, что она, в отличие от типа интересующихся моей жизнью девушек, заполнила такие детали?

— В психолога решила поиграть? Ну так закончи рассказ про своего отчима, может мне тоже хочется составить картину твоей травмированной юности, — вот зачем я это сейчас сказал?!

— Пойдем, дети уже на нас косятся. Заняли качели взрослые детины.

— Ну вот ты как раз за мою дочь и сойдешь, — встаю с качели вместе с Мариной. — Ну так что, не расскажешь? Например, куда смотрела твоя мать, пока ее муж тебя домогался.

— Пойдем к следующему пункту назначения, а по дороге расскажу, — без тени злости и раздражения произносит Марина, снова вдыхая запах цветов. Да что с ней сегодня не так, кто ее по голове шандарахнул?!

— Напомни-ка мне, а сколько еще таких адресов?

— В зависимости от того, как вы будет себя вести, Марк Михайлович. Ну в последнее место мы заедем только в одном случае, если у вас есть приличное количество шелестящих бумажек. Я про деньги, если ты не понял. Даже при большом желании, я бы не смогла себе позволить такое удовольствие.