Наизнанку

Когда Марина достала заранее купленные билеты, я почувствовал себя самым настоящим чмом. Всякое было в моей жизни, но, чтобы девчонка устраивала мне такой досуг, еще и платила-это перебор. Наверное, так мне не было стыдно еще никогда.

— До сеанса двадцать минут, как раз успеем это сделать, — с энтузиазмом произносит Марина.

— Я тебе больше скажу, это можно сделать и за пять минут, и за десять.

— У кого, что болит. А я про совсем другие вещи. Идем, — ешки-матрешки, аппарат со сладкой ватой. — Две сахарные ваты, пожалуйста, — спасибо, Боже, за еще не потерянную реакцию. Вовремя убираю протянутые Мариной деньги и достаю бумажник. — Ой, можно еще фанту. Только в пластиковом стаканчике.

— Тебе мало сладкого? Попа не слипнется? — шепчу ей на ухо.

— Не слипнется. Я дома солененьким заем.

— Круто."

"Мы забираем сахарную вату, фанту и идем к диванчикам…розового цвета. Да что за день такой сегодня? Откуда столько розового?! Еще и вата розовая, и платье Маринино тоже бледно-розовое. Осталось только встретить купидона с розовыми крыльями, который прямиком выстрелит мне в задницу розовой стрелой. Покойся с миром, розовый Марк Михайлович. Опускаю свою пятую, ещё не простреленную, точку на диван. Марина тут же кидает мне влажные салфетки, вместе с лосьоном, по запаху явно со спиртом. Молодец, лапочка, гигиена наше все. Обработав руки, принимаюсь за сладкую вату. Спрашивается, куда мне еще сладкое? Это перебор даже для такого как я, но почему-то смотря на то, как Марина отщипывает это розовое безобразие и закидывает в рот, явно наслаждаясь процессом, мне захотелось сделать тоже самое. И я повторяю ровно то, что и она. Абсурд, но я никогда не ел сахарную вату, сотни раз проходил мимо нее, но как-то не додумывался попробовать. Несмотря на пышки и абсолютную сытость, розовое лакомство оказалось очень даже вкусным. Вата моментально растворялась на языке, и я сам не заметил, как съел половину. Потом правда забыл, что ее надо есть, когда стал наблюдать за тем, с каким упоением Марина ест воздушное лакомство, облизывая при этом губы. Какими они сейчас должны быть сладкими на вкус. Черт, а пальцы! Пальцы она еще более соблазнительно облизывает. А ведь она знает, как на меня сейчас действует, точно знает. Она даже улыбается не так, как раньше.

— Маринка-хитрая холестеринка, давай не пойдем на сеанс, а поедем ко мне домой? — Озеров, ну придурок, зачем ты это ляпнул?!

— Нет. Сначала сеанс, потом место номер четыре и потом уже домой.

— Ты к себе домой, я к себе?

— Посмотрим, — ну это несомненно прогресс. — Доедаем вату и мне надо срочно решить вопрос с цветами. Им нужна водичка, — так и хотелось сказать в ответ, что мне тоже много чего нужно, спасибо, что вовремя промолчал. — Я в туалет, там наверняка очередь.