Сердце дурнушки. Офисные игры (СИ)

И ладно бы просто пил, но ты не видишь, что он отравляет уже жизнь не только себе, но и тебе, и мне…

- Так в этом все дело? Тебя никто не просил со мной жить. Уже взрослая, я бы сама справилась.

Я чувствовала, что кровь внутри кипела. Главное было сейчас не наболтать лишнего, как это делала тетя. Я ведь знала, что она так не думала, просто тема сына была ее ахиллесовой пятой, вот и срывалась.

- Отдыхай, пожалуйста. Я очень надеюсь, что утром ты проснешься, и поменяешь свое мнение. Его все равно не посадят. Он толком ничего не сделал. А урок будет для него хороший. В следующий раз подумает, прежде чем сюда соваться.

Молчание. Тетя не отвечала.

- Ты меня извини. Я не должна была так говорить. Я очень рада, что ты со мной, и благодарна. Сама не знаю, как так получилось, что ты в двадцать три умнее меня.

Вздохнув, я тоже ничего не ответила. Подошла к тете, и снова уселась на пол у ее головы. Вместо слов взяла в свою руку ее ладонь, и тихонько сжала.

Не знаю, сколько мы вот так просидели, но, кажется, что недолго. Только вот мне показалось, что рука тети, которую я до сих пор держала, вздрогнула, как от судороги.

Я перевела взгляд на нее, так как сидела к ней полубоком, а она выглядела неестественно. Не заснувшей, а нездорово.

- Теть Люсь… - Чуть потрясла я ее, но она не отозвалась. А когда я стала всматриваться ей в лицо, то тут же подорвалась за телефоном, так как увидела, что ее глаза закатывались. Она не спала. Она была без сознания….

Скорая приехала очень быстро. Даже удивительно быстро. Я только и успела за это время, что, собственно, совершить звонок, раскрыть окно для лучшей вентилируемой, проверить, что тетя дышала, и что у ней был пульс, как мне подсказали во время звонка.

Когда ее грузили на носилки, она уже немного пришла в себя. Врачи сказали, что были подозрения на предынфарктное состояние, или еще что похуже. Надо было проводить обследование.

Тете было шестьдесят, и, в принципе, я понимала, что какие-то проблемы со здоровьем у нее были возможны. Тем более при таком сыне, который только и делал, что трепал матери нервы. Но как-то меня совершенно выбила из колеи эта ситуация.

Я, по ощущениям, вообще за один вечер пережила больше, чем за последние пять лет.

Разумеется, в больницу я поехала вместе с тетей. Только вот в машину скорой помощи меня не посадили, пришлось потратить деньги на такси.

И только в машине по пути залезла в свой телефон. Хотела написать Мирону Максимовичу, что завтра, скорее всего, опоздаю. Я пока не знала, оставят ли тетю в больнице, и как вообще это будет.

Увидев имя начальника в адресной строке меня обдало жаром. Черт. И вот как с ним было теперь общаться после этого поцелуя? Уже все будто бы сразу стало слишком сложным.