Сердце некроманта

Как ни крути, выходит, что я все же виновата — ведь если бы я не принесла снадобий, черному неоткуда было бы добыть магию.

— А где ты взяла снадобье? — спросил Первый брат, поднимаясь со стула и подходя ко мне.

— Сделала, как и всегда.

Все сестры делали и зачаровывали снадобья сами. Считалось, что мы всегда можем отправиться в странствие, где некому будет готовить зелья для нас, поэтому все должны уметь. А еще демоны могли убить зельевара, и как тогда справляться, не умея готовить зелья?

Травы мы собирали по очереди для всех — это было одним из послушаний, готовила каждая сестра для себя сама."

"— Сделала. — Первый брат посмотрел на меня сверху вниз, и мне захотелось раствориться в камне, исчезнуть. — Сестра, которая еще вчера была послушницей…

И вовсе не вчера, а месяц назад! К тому же, все знают, что сила дара не зависит от давности посвящения. Да, случается, что Пресветлый, видя, сколь истово служение сестры, через годы одаривает ее своей благодатью, прибавляя сил, — но это бывает так редко, что все эти сестры причислены к святым. Обычно сила дара понятна сразу. Не знаю уж, за какие заслуги Господь не обделил меня редкими способностями.

Может быть, в этом и дело? Может, ослепленная своей силой, я поверила в собственную исключительность безо всяких на то оснований.

— Влила столько силы, что некроманту хватило открыть портал, — продолжал Первый брат. — Ты насмехаешься над нами.

Глава 6

— Я и не думала насмехаться, брат! — воскликнула я. — Правда, все так и было!

Он взял меня под локоть и повел к углу, в который я до сих пор старалась не смотреть. Туда, где через крюк в потолке тянулась веревка. На низком столе в бурых пятнах лежали странного вида инструменты — впрочем, трудно было не узнать клещи, — а рядом стояла жаровня. Пока, по счастью, остывшая, но при одном взгляде на нее меня сначала бросило в жар, а потом затрясло в ознобе.

— Знаешь, как мы допрашиваем упорствующих, сестра? — притворно-добродушно спросил Первый брат.

— Да уж, видела результаты. — Я зажала руками рот, ловя вылетевшие слова, но было поздно. — Простите, я не хотела дерзить. Но мне нечего… — Голос сорвался. — Мне нечего рассказать, правда. Я просто хотела избавить его от боли, чтобы он мог прислушаться к увещеваниям и спасти свою душу. Все так и было!

— Мое терпение лопнуло. — Первый брат сунул мне в руки склянку со снадобьем. — Сумеешь хотя бы зажечь светлячок — поверю, что все так и было. Ну!

Господи, помоги мне! Сейчас мне казалось, что я не сумела бы коснуться магии даже без блокирующего артефакта — ни одной мысли в голове не осталось, ни единого чувства, кроме страха.

Страха и обиды. Мне всю жизнь твердили, что посвященные Фейнрита — одна большая семья.