Сердце под прицелом

Стояла, будто пригвожденная.

– Придумаю?.. – вытянула тонким посаженным голосом. – А не было, нет? После свадьбы… В машине… Здесь в квартире… Думаешь, я совсем дура? Очевидных вещей не замечаю? Молчала – не равно не знала!

Глава 57. Разделилось до и после

Как бы я ее ни присваивал, как бы ни метил, какие бы печати ни ставил – все впустую. СВОЯ всегда держала дистанцию. Факт. Незримую, но, блядь, ощутимую.

Рубануло этим осознанием, как топором по голове. Причем острой его частью, расхреначивая мой ебаный мозг в лишенное какой-либо связки месиво.

Я, дебил, думал, что характер у Милки такой.

Мать его, закрытый.

А она, как оказалось, владея определенной информацией, прицеливалась.

– В машине… Здесь в квартире… Думаешь, я совсем дура? Очевидных вещей не замечаю? Молчала – не равно не знала!

Выбрала идеальный момент и выстрелила.

Четко. Без визгов. Сука, просто снайперски.

Именно сейчас, когда я, блядь, давил на правах главного, хладнокровно сунула мне под нос мое же дерьмо. С явным намерением сместить линию соприкосновения. Лишить меня достоинства, власти, веса… На хрен, обезоружить.

Блестящая атака, хуй поспоришь.

Не зря на курсе лучшая.

То ли еще будет.

Сожрал все, что она подала: отвращение, стыд, страх, злобу. Но светить это не собирался."

"Жил как жил, и щемиться из-за этого – добровольно сдать позиции.

Сглотнул и пошел вперед так, словно не отпиздило по самым уязвимым точкам.

– Было дело. Не святой. До твоих родов поебывал. Хоть кого, – давая пояснение, орудовал исключительно глухими звуками. Звонкие все сдохли вместе с моими незрелыми чаяниями на обычное человеческое счастье. – Потому что ты, блядь, прямо сказала, чтобы, на хрен, не лез.

Что брак этот только ради дипломов. Что все сугубо до выпуска, – припечатал значительно резче, потому как тут действительно имел, чем крыть. – Какого хера теперь? Почему ты именно сейчас об этом заговорила? Почему молчала, когда все происходило? Решила таким образом расстановку сил сдвинуть? Хуй тебе, Милка, – отпер, безусловно, грубо, но в глаза ей при этом вглядывался с таким, сука, давлением, что сам чуть не взорвался.

– При чем здесь расстановка сил? Тебя одно волнует? Слышишь себя вообще? Я еще и виновата? И здесь я? – выпалила, снова пытаясь отобрать у меня сына.

Не дал. На хрен. – Молчала, потому что тогда еще была надежда.

– Какая?

– Что ты нагуляешься и выберешь семью. Теперь понимаю, что зря.

– Я выбрал. С началом полноценных отношений не блядовал. Ни разу. Даже не смотрел налево. Не было тяги.

– Какая разница, когда начались полноценные отношения? Ты был женат! – отразила с таким презрением, что стало понятно: какой-то своей частью точно меня ненавидит. – Пусть не по своей воле. Пусть временно.