Сердце под прицелом

Обняв меня, прошептала:

– Я за вас чертовски счастлива! А еще горжусь тем, какая ты у меня, Чернова, сильная!

Приникнув к подруге головой, я подобрала губы и с благодарностью сжала лежащую поверх моей груди ладонь.

– А я счастлива, что рядом со мной есть такой чудесный, потрясающей души человек, как ты.

– Ну вот… – засмеялась Тося, но на звуках этих дрогнула. – Хочешь, чтобы я заплакала?

– Не смей, – шикнула, глядя на нее сквозь пелену в глазах и улыбаясь. – А то и я не сдержусь.

В горле ведь уже стоял ком.

– Ты-то?..

Хорошо, что кто-то врубил медляк, и нарисовавшийся рядом с нами Айдаров, не слушая Тосин тонкий бубнеж про «умницу-хозяйку», уволок ее танцевать.

А за мной, скинув Севу бабушкам, пришел Руслан. И на те пять минут, что длилась композиция, окружающий мир будто отступил. Размылся. Растворился. Казалось, мы не видим и не слышим его. Только друг друга. Здесь и сейчас.

– Помнишь, как нас на свадьбе заставляли танцевать? – проговорила с жаром, который плавил изнутри. Рус нахмурился. И хмурился до тех пор, пока я не добавила с нежной усмешкой: – А потом… на день отряда…

– Там уже все совсем очевидно было, – хрипло выдал он.

– Что именно? – переспросила, чуть наклонив голову.

Чернов вновь сдвинул брови, показывая, что внутри него разум борется с чувствами.

– Каждый танец с тобой был удачной возможностью прикоснуться, не теряя лицо, – признал после паузы грубовато, но искренне.

Я с улыбкой коснулась его плеча. На автомате погладила. Этот простой жест хоть и вызвал у Чернова замешательство, но явно его растопил. Настолько, чтобы он смог расслабиться и прижать меня ближе.

– Благо теперь нам никакая маскировка не нужна, – прошелестела, едва дыша.

И в тот же миг почувствовала, как пальцы Руса крепче стиснули мои.

– Согласен, – толкнул он глухо. – Теперь ты моя. На всю. И до конца."

"– До конца, Чернов, – повторила почти беззвучно, но уверенно.

С той силой, которой хватит на целую вечность.

Сразу после этого наше уединение нарушилось – младшим, как выразился бы муж, составом.

– Ма-а-ама, – настойчиво позвал Сева, щипая меня за ногу и дергая край моего платья.

– Господи… – испугалась я.

– Ну ты, боец… – уронил Рус с усмешкой, но, конечно, тоже напрягся.

– Сыночек… – выдохнула отрывисто.

Резко присела, подхватила малыша на руки и прижала к груди. – Ты как здесь оказался? – начала ругать на эмоциях. – В толпу нельзя! Нельзя, понял? Ты еще маленький. Тебя не заметят. Могут задеть, толкнуть… Это опасно. Очень опасно, слышишь? – говорила я быстро и достаточно жестко.

В каждом слове бились страх, облегчение и желание предостеречь.

Только вот Сева не хотел понимать.

– Ма-а-ама, – протянул с обидой. Дуя губы, повел пальчиком в сторону столов. – То-тик! Тотик!

Я вздохнула.