Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

Марагонец не преувеличивал – и взгорок, закрывающий путнику обзор, и рощи по обе стороны дороги, и ровный луг, отлично из этих рощ простреливаемый, – все было на месте. Не хватало только противника.

После прогулок по Гаунау взобраться на марагонский холмик было сущим пустяком. Окрестности, если не считать бродивших у опушки спешившихся драгун, казались вымершими. Дриксы еще шли, а жители деревню покинули, и Давенпорт их вполне понимал. Капитан опустил презентованную адъютантами регента «на удачу» трубу.

– Долго нам ждать придется?

– Дорога петляет, – объяснил проводник.

 – Пока дойдут, скупнуться можно, озерко вон там, за хохлатым взгорком…

– Я б не отказался. – Бертольд потрепал по шее своего рыжего. – И Бруно бы напоил.

– Езжайте, – разрешил Чарльз и уселся прямо на жесткую траву. – Всем, кроме дозорных, отдыхать.

Упрашивать себя драгуны не заставили – жизнь у кавалеристов Западной армии была напряженной, Давенпорт это понял, вместе с приказом принять роту получив и другой – срочно выступать. Главные силы Бруно покинули лагерь у Мариенбурга, и маршал Запада жаждал знать о передвижениях и намерениях противника все.

Командующий авангардом Ариго рассылал конные отряды по всем направлениям, Давенпорту вместе с полуротой конной ландмилиции досталось двигаться к Зельде, где предполагалось объединиться с эскадроном кавалеристов генерала Маллэ и дальше действовать сообща. Про осторожность и прочую внимательность Ариго упомянул лишь мельком, вызвав у Чарльза чувство благодарности. Несколько омрачало настроение то, что причиной, по которой чужак сразу же получил роту, была смерть предшественника, но тут уж ничего не поделаешь. Кавалеристов с хоть каким-то опытом поиска у фок Варзов было куда меньше, чем хотелось, а Реддинга Ариго знал и, как Чарльз понял, высоко ценил.

Непосредственному начальству в лице командира полка капитан успел лишь представиться, хотя господину Лецке-«среднему» явно хотелось послушать о родне, с ротой же пришлось знакомиться в прямом смысле слова «на ходу». И офицеры, и солдаты выглядели людьми бывалыми, пороху понюхавшими, но «парня от Савиньяка» приняли с распростертыми объятиями и плохо скрываемым любопытством.

Ор-Гаролис и «гаунасская охота» в Западной армии занимали всех, от фок Варзов до марагонских милиционеров, но декламировать триптих «Мы с маршалом Савиньяком» Давенпорт не собирался – не Жиль Понси, на прощанье, к слову сказать, осчастлививший капитана кипой тщательно исписанной бумаги, выбросить которую рука у Чарльза не поднялась.

Зашуршала не знавшая косы трава.