Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

 – Он в самом деле бешеный, и люди в подчинении у него такие же.

– Ты узнал «Астэру»? – не смог скрыть удивления Ледяной. – Отсюда?

– С острова, – счел за благо соврать Руппи. Во лжи он призн'aется позже. Теперь надо бежать, и пусть Добряк знает, что за зверь охотится рядом.

– Пойдем, – велел Ледяной, – не будем мешать шкиперу.

Юхан только кивнул, был занят – орал на палубных матросов, а за пестрыми скалами на палубе «Верной звезды» творилось то, о чем Руппи мечтал с осени. Бешеный схватил-таки трусов за горло, но «Ноордкроне» и ее капитану клялся Фельсенбург. Спасти Олафа и вздернуть Бермессера… Первое он исполнил, второе – не сумел.

Лейтенант и адмирал прошли мимо лежащих на расстеленных койках мертвецов и поднялись на ют. Отсюда хорошо просматривалась пройденная часть пролива, но Олаф повернулся к возможному преследователю спиной.

– Судьба, – спокойно сказал он. – Уйти от Альмейды, шторма и суда, чтобы четвертым встретить Вальдеса. Так лучше для всех… Ты думаешь иначе?

– Это было наше дело!

– Как оказалось, нет. Море оставило наши руки чистыми.

– Ваши! – внезапно вырвалось у Руппи. – Не мои…

– Спустись к Канмахеру, – ровным голосом велел Олаф, – он с ума сходил.

Продолжать разговор сейчас было страшно. Руппи четко, как какой-нибудь Хохвенде, повернулся на каблуках и ушел. Зачем-то сорвал и отшвырнул перчатки. Внутри клокотала несправедливая, ядовитая злоба. Нельзя тыкать в лицо спасенья и благодеянья, нельзя бить по живому, нельзя… А Олафу можно?! «Чистые руки»… «Лучше для всех»… Для Адольфа с Зеппом?! Для старого Канмахера? Несчастного кесаря, застреленных охранников, Лёффера, который мог не идти, а пошел… Для умиравших и убивавших на Китенке моряков? Они убивали своих и упустили мерзавца, по милости которого замахнулись на закон и чужие жизни.

Лейтенант опомнился, лишь столкнувшись со шкиперским племянником. Бедняга ойкнул и понесся дальше, Руппи остановился. Сердце бешено колотилось, и лейтенант, вспомнив книгу, несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь унять сердцебиенье. Как ни странно, помогло. Фельсенбург пригладил волосы и огляделся. На палубе как раз закончили поднимать людей со шлюпки, и Юхан рыком подгонял матросов, готовя «Селезня» к очередному бегству.

2

Наконец-то все свои – на борту! Этот кошкин сын Фельсенбург умудрился и время выгадать, и уцелеть, теперь дело за «Утенком». Добряк был рад вывалившейся из тумана удаче, но, благословляя появление Бешеного, не собирался с оным лобызаться. Ухватил своего Бермессера за хвост, и прекрасно: ешь его хоть с перцем, хоть с сахаром, а мы потихоньку, не прощаясь и не благодаря…

Едва дождавшись, когда закончат с баркасом, Юхан велел ставить паруса – фрошер принес с собой ветер.