Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

Не судите о «висельниках» по не сумевшим вас захватить неумехам, у Тени есть и толковые ребята, но главное, они в истории с Гамбрином чисты, как ангельские задницы, а за ваших я не поручусь.

Зарычать Роберу не дала отошедшая в сторону панель, за которой обнаружились лесенка и барон, галантно подающий руку графине Савиньяк.

– Я подслушивала, – с достоинством сообщила высокородная дама. – Лучшего плана мы не дождемся, и Салиган прав. Это дело нельзя выпускать ни во дворец, ни в казармы.

3"

"Ловить так ловить, причем не откладывая. Маркиза Салигана в приличное общество вернула лично Арлетта, вернее, это маркиз галантно сопроводил графиню к накрытым столам.

Робер и хозяйка задерживались, зато забежавший вперед хозяин очень мило поднял бровки и кинулся представлять гостей. Мевена, Дарави и Мэнселла Арлетта знала, ардорцев и парочку второсортных баронесс встречала. Оставшиеся трое, судя по физиономиям и опустошенности облюбованного ими края стола, могли быть лишь знаменитыми матерьялистами, тем паче один, как и обещал Марсель, напоминал сразу лисицу и ящерицу, а второй был щекаст и лыс. Значит, третий – не желающий быть бароном Фальтак.

– О! – воскликнул Дарави. – Салиган, а вы смелый человек! Так запросто явиться к обеду в… столь уважаемый самим Проэмперадором дом! А ведь вас ищут.

– Уже нет, – успокоила Арлетта. – Как вы можете видеть, маркиз найден и с учетом будущих заслуг почти прощен. Кстати, он в самом деле довольно смел, хоть и не той смелостью, которую я привыкла видеть рядом.

– Я предчувствовал! – провозгласил барон. – Я предчувствовал нечто подобное еще с утра и приказал приготовить осенний гальтарский соус! Желтки перепелиных яиц, белая горчица, оливковое масло, бальзамический уксус… Осень – пора возвращений и бесед с друзьями за достойным столом, но почему бы нам не заняться тем же в разгаре лета?! За ужин я ручаюсь, что до рассказов… Маркиз, чем вы занимались все это время?

– Я страдал, – объяснил Салиган, отодвигая даме стул.

– Придется поверить, – сухо бросил Мевен, – вы явно похудели.

– Связывать худобу со страданием – абсурд, – донеслось с философского конца. – Дурное питание, дурной аппетит и дурное пищеварение – вот истинные причины телесного истощения!

– А вы знаете, – весело произнесла Арлетта, – я готова согласиться.

Не есть еще не значит страдать, и наоборот. Мой сын навестил в заключении Манрика и Колиньяра и нашел, что они поправились, а ведь эти господа, несомненно, страдают… Или одна из подруг моей юности. В очередной раз разочаровавшись в любви, она плакала и ела конфеты.

– Как мило! – воскликнул один из ардорцев. – Плачущая девица с конфетами, если она хороша собой, лично у меня вызовет немедленное желание… утешить.