Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

Не рискнет или не сочтет нужным? Зачем глотать на ходу, если можно сесть за стол и даже тарелку поставить? А, чего загадывать, главное – опередить дриксов и занять курганы. Три странных, сильно вытянутых с севера на юг холма Жермон приметил еще утром – они напомнили генералу бредущих на водопой гигантских зверей. Растянувшаяся на половину хорны «процессия» удачно перекрывала восточный край Мельникова луга. Да, такая позиция внушает надежду, разве что замыкающая зверюга «послабее» других, но это поправимо…

– Мой маршал, я понял. Разрешите исполнять?

– Под пули только не лезь.

По крайней мере до завтра.

Глава 2

Талиг. Оллария. Талиг. Южная Марагона. Мельников луг

400 год К.С. 14-й день Летних Волн

1

«На севере в одной из горных долин есть сад. Это чудесное местечко, особенно в начале лета, когда зацветают чужие в этих краях пионы, но сад полон самых разных цветов. Голубеют у ручья незабудки, улыбаются короткому лету ромашки, о чем-то мечтают ирисы. Легкий ветерок осыпает изумрудную траву белыми лепестками – это цветет чубушник. Гудят пчелы, кружатся и порхают пестрые бабочки, снисходительно и ласково шелестят кроны переживших не одну зиму деревьев.

Счастливы все, даже живущая под кустом чубушника старая Жаба. Вечерами или в пасмурные дни, когда солнце не сушит нежную жабью кожу, она выбирается из своего убежища послушать соседок-певуний – Ласточку и Малиновку. Их слушают все обитатели сада, и небо становится еще выше, а цветы – душистей и ярче. Но однажды в саду появилась Ворона.

– Фу, – сказала она, – разве это пение? Эти глупые мелкие пичуги ничего не смыслят в музыке!

(Ворона была очень образованна: какое-то время она жила на тополе возле харчевни, где по праздникам играло четверо музыкантов.

Потом у нее случились разногласия с харчевником, но не будем останавливаться на этой грустной истории.)"

"– Нам нравится, как поют наши птички, – робко возразила Ромашка.

В ответ Ворона лишь расхохоталась:

– Дурной вкус и отсутствие образования! Ласточка… Малиновка… Писклявые неучи, не различающие ни нот, ни ладов. Конечно, для вас они хороши – ведь вы не слышали настоящих певцов. Любой, даже самый жалкий соловей, любая морискилла…

(Ворона была знакома с настоящими певцами.

Какое-то время она часто бывала во дворе дома, на окне которого стояла клетка с морискиллами. Потом у нее случились разногласия с хозяином дома, но не будем останавливаться на этой грустной истории.)

– В наших краях нет морискилл, – заметил Шмель. – Может, они и хороши, но почему из-за того, чего нет, мы должны пренебрегать тем, что есть и приносит радость?

– То, что не одобрено мастером, может нравиться лишь глупцам и невеждам, – отрезала Ворона.