Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь

Для вас главное – ее гибель, а я чем дальше, тем больше убеждаюсь, что Оллария окончательно обезумела после смерти «королевы», в которую превратилась ваша дочь.

– Я пыталась об этом думать. – Госпожа Арамона, кажется, тоже предпочла откровенность. – Но я не успела ничего толком понять. Цилла захлебнулась, все исчезло, а потом я увидела небо и господина Савиньяка.

– А до? Очевидно, что королева ждала какого-то короля. Она его звала и на него рассчитывала. Люцилла оказалась достаточно сильна, чтобы удерживать голую тварь в ее меду, но прикончить или прогнать эту мерзость не могла. Одна. А если б их было двое? Если этот запоздавший король где-то есть, не сможет ли он затолкать мед вместе с содержимым в соты?

– Король не пришел. – Собеседница откинулась на спинку кресла, вспоминая свой нохский путь. – Я очень хорошо рассмотрела Альдо. Он опять хотел чужую корону, значит, своей у него не было. Еще я вроде бы видела Килеана-ур-Ломбаха. Он…

В распахнувшуюся дверь ужом, внезапно ставшим стрелой, влетел внук старика Понси. Промчавшись от порога до кресел у окна, он замер, раздувая ноздри и излучая укоризну. Молча.

– Я не пускала, – затараторила вбежавшая следом камеристка, – я господина корнета не пускала… я им говорила…

Арлетта с сомненьем взглянула на молодого человека. На «бесноватого» Понси-младший не походил, хоть и выглядел, мягко говоря, странновато.

– Идите, – велела служанке Арлетта. – Когда потребуется, я позвоню. Сударь, что все это значит? Не молчите, я не кардинал, в душах не читаю.

Понси насупился еще больше.

– Предательство! – провыл он, и Арлетта узнала голос, который слышала из кабинета Рудольфа. – Предательство вновь обожгло душу поэта, этот ожог не заживет никогда!.. А вы, вы, госпожа Арамона! Ужели вы допустите, чтобы ваша дочь навеки покрыла ваше имя позором, венчавшись тайком от родных?! Еще не поздно вернуть беглянку и предать растлителя суду…

– Кого? – не поверила своим ушам графиня.

– Капитана Уилера, – перевел Понси. – Негодяй соблазнил девицу Арамона. Они выехали не больше четверти часа назад. Госпожа Савиньяк, в нашу мирную обитель Уилер проник, пользуясь именем вашего сына, и вместе с ним в Тарму вступило Зло! Остановите же его.

– Не вижу связи ни между Уилером и злом, ни между вами и девицей. – Арлетта покосилась на «обманутую» мать, та явно не стремилась скакать во весь опор и разрубать пополам. – Что бы ни делала Селина, вас это не касается…"

"– О да! – проорал, видимо, все же влюбленный. – Я не желаю больше слышать об изменнице, и я это брошу ей в лицо! Она узнает, сколь она презренна! Женщины недостойны тех строк, что им посвящены.