Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь

Такие вещи до мужчин доходят, до настоящих мужчин, вот мэтр Капотта нипочем бы не понял… Турухтану опять повезло, он в безопасности под замком у Бертрама, как и Шабли в Лаик. Трусам часто везет, но ведь трусами были и матерьялисты. Пока не сбесились.

– Горожане, – Пьетро достал четки, – бродят вокруг аббатства.

– И только?

– Я бы сказал, что их число увеличивается. – Жемчужинки катились по нитке мутными дождевыми каплями. – Я видел со стен, как те, чьи сердца исполнены злобы, грозят обители кулаками и палками. Некто с черной лентой швырнул в ворота камень и, гордый своим злодеяньем, торопливо удалился.

Подобное зрелище наполняет душу тревогой и скорбью о заблудших, я не стал задерживаться.

– Я бы тоже не стала. – Марианна опустилась в кресло и положила руки на колени. Коко хорошо ее вышколил, прямо-таки отменно, но не тискать платье и не причитать еще не значит не бояться.

– Поверьте женщине из дома Савиньяк, – твердо заявила Арлетта, – на такие стены никто не полезет, особенно если сверху пригрозить мушкетами, а люди у его высокопреосвященства опытные и храбрые. И надежные…

Те, кто остался, – надежны, и незачем думать, что стены бывают не только защитой, но и ловушкой.

Стукнула дверь, явился Габетто с фальшивой улыбкой и бодрым голосом. Оказалось, офицеры решали, нужно ли посылать в город к Левию, чтобы тот вернул часть гвардейцев в аббатство. Решили, что преждевременно, но предупредить о толпе на площади не помешает. Пара человек вышла через боковую калитку, благо народ собирается только перед главными воротами, и отправилась на розыски кардинала."

"– Госпожа графиня, госпожа баронесса, клянусь, – почему чем напористей клянутся, тем меньше верится? – здесь вам никто не причинит никакого беспокойства.

Поверьте, ничего…

Тоненько зазвенела ложечка, оставленная в чашке из-под шоколада. Графиня с детства бросала вещи где попало, вот и сейчас, наседая на Пьетро, она поставила чашку на плоскую шкатулку, в которой Коко хранил свое сокровище. Звон раздражал, Арлетта взялась переставить чашку на стол и поняла, что шкатулка трясется, будто крышка кипящего котла. Графиня повернулась якобы к окну, загородив вместилище маски от посторонних, и нажала на головы двух стрекоз. Щелкнул замок.

Лицо на черном бархате расплывалось и дрожало, будто стало собственным отражением в ветреный день. Виси подобное на стене, точно бы «шмякнулось», а так дрожи́ не дрожи́…

Арлетта осторожно опустила крышку. Никто ничего не заметил, только Пьетро посоветовал уповать, помимо силы оружия, еще и на милость Создателеву, но мало ли что он имел в виду.

– Господа, – графиня Савиньяк непринужденно улыбнулась, – вас не затруднит покинуть нас с баронессой на некоторое время?

Глава 11

Бергмарк. Агмштадт

400 год К. С.