Шайтан Иван 4

— Но… этого… этого не было… — прошептал он, и в его голосе прозвучала такая искренняя боль, что даже Александр невольно напрягся видя лицо брата.

Тишина повисла тяжёлым покрывалом. Николай I медленно поднял брови, его пальцы замерли на резной ручке кресла. В воздухе явственно ощущалось, что сейчас в этом кабинете решается нечто большее, чем судьба одного ордена.

— То есть, как не было? — лицо Николая окаменело. Он уперся взглядом в сына.

— Ваше величество, все перечисленные события имели место, туркам нанесено поражение и они были обращены в бегство. Но то что написано в докладе о моем участии в данном событии, не соответствуют действительности.

— Объяснись — тихим и неестественно ровным голосом сказал император.

Александр напряженный стоял у стола и тревожно переводил взгляд то на отца, то на брата.

Павел молчал какое-то время опустив свой взгляд.

— Значит вы, Великий князь, член императорской фамилии, довольствовались ролью стороннего наблюдателя? — с угрозой произнёс император.

— Нет, ваше величество. — Вскинулся Павел с обидой в голосе. — Я принимал участие во всех боевых действиях. После тяжелого ранения командира егерского батальона, по поручению есаула Иванова принял командование батальоном и отражал штурм южной стены нашего укрепления, участвовал в отражении нападения на нашу колонну пятью сотнями конных. К участию конной атаки наших казаков меня просто не допустили, как и участию в ночной атаке. Я сражался наравне со всеми. Не правда в том, что я руководил действиями отряда. И если быть честным до конца, я не смог бы так хорошо организовать и руководить, как это сделал есаул Иванов. Поэтому я не приму орден Георгия ни при каких условиях. Приписывать себе чужие заслуги — голос Павла дрогнул — это было бы недостойно не только великого князя, но и простого офицера.

Николай слушал Павла не сводя с него тяжелого взгляда. Александр следивший за отцом невольно напрягся, переступив с ноги на ногу.

— Значит ты отказываешься от Георгия? — спросил император и в его голосе не было гнева, скорее уважения. Павел встал и принял стойку смирно.

— Отказываюсь, ваше величество. Честь нельзя получит по ошибке или протекции. Как нельзя позволить чтобы настоящие герои остались в тени."

"Тишина, повисшая в кабинете, была другой, в ней не было гнетущего напряжения. Александр всегда ревниво следивший за успехами брата, смотрел на него с уважением. В глазах императора мелькнула тень простой человеческой гордости отца за поступок сына.

— И как же нам поступить? Все знают о докладе и участии Павла в обороне Армянской области.

Александр, всё это время стоявший в напряжении, неожиданно расправив плечи и улыбнулся той хитрой улыбкой, которая предвещала неожиданный ход.