Шаманка. Невеста слепого мага (СИ)

Проиграв прямое противостояние, она увлеклась скрытой, позиционной борьбой. С утра начала строить и ровнять слуг.

“Занавески нужно открывать с восходом солнца и подвязывать на бессалийский манер. Пыль вытирать каждый день, статуэтки начищать до блеска! Я научу вас работать в солидном доме!”"

"Раздражало ли это? Ещё как. Я мечтала заткнуть уши ватой и до рези в глазах вчитывалась в описание быта местных кочевников. Когда псевдокузина отходила подальше от двери моей спальни, даже получалось схватывать суть. Бесценные знания, кстати. Я уважала наших археологов, но до такого им было просто не докопаться.

На плато Укок не нашли письменных источников. И я регулярно ставила на место упавшую челюсть, читая, как всё было на самом деле.

— Духовная полиция! Чтоб… все были здоровы, до такого не догадаться.

Ещё одна мумия из могильника Ак-Алаха, где захоронен дедушка. Скелет женский, а наряд мужской. Оружие при себе, сбруя у коня по-военному украшена. Шестнадцать лет было девушке. Археологи прочили её в личные телохранители, но правда оказалась куда интереснее.

Их называли охотницами за головами. Считалось, что они видели скверну в человеке.

Одержимость злыми духами. И если духи-покровители племени отказывались такого человека исцелять, отрезали ему голову. Наберёт охотница четыре “трофея” — может сложить с себя полномочия. Выйти замуж, родить ребёнка. Я пыталась найти, как их связывали с шаманами. Почему одну охотницу похоронили рядом с дедушкой? Но тут в дверь постучали.

— Госпожа София?

— Войдите.

Первым в моей спальне показался красивый букет, за ним вошёл Анри. Не совру, если скажу, что ждала нашего разговора с момента появления в доме Франко.

Официальный помощник, негласный управляющий и человек, очень близкий к слепому магу. Чего он хотел? Видимо, прояснить мой статус. В присутствии Вивьен он не был однозначным. А сам лин Гвидичи демонстративно не ввязывался в “женские дрязги”.

— Ясного неба. Читаете? — бывший боевой маг, а ныне сиделка, как его назвал Фредерико, приветливо улыбался. — Готов спорить на бутылку красного фитоллийского, что вам скучно.

— Отнюдь, — ответила я по-русски, а потом добавила на местном наречии: — Обожаю книги. Была б моя воля — ела, переодевалась и спала с ними в обнимку.

Вообще из комнаты не выходила бы.

Говорила я серьёзным тоном и ничем не помогала Анри уловить сарказм во фразе. Однако старик справился. С усмешкой пригладил короткий ёжик седых волос и цокнул языком:

— Сказали бы раньше, я нашёл бы чем вас развлечь. Цветы в вазу поставить?

— Будьте так добры.

Анри заскрипел сапогами, и розовые цветы, похожие на герберы, уютно устроились на комоде.

— Оперу хозяин теперь не любит, — бодро продолжил помощник Франко. — Танцы на сцене под музыку — тем более.