Щит рода

Хочу посмотреть на его холеную рожу, когда князь сообразит, что поставок белого камня больше не будет, – Игнат мстительно усмехнулся. – Интересно даже, как он объяснит императору, что в роду Забелиных, который Шумский так поспешно объявил погибшим, выжил законный наследник.

– Выкрутится, сволочь!

– Это вряд ли, – брат притормозил у дома старосты деревеньки Булыгино, через которую проходила дорога на Суздаль.

Он дождался, пока к нему выбежит мужик и согнется пополам в приветствии. Судя по красной рубахе, крошкам в бороде и нависающему над кушаком животику, сам староста пожаловал.

Причем прямо из-за стола, вон жирные пальцы украдкой об штаны вытирает.

– Чего изволите, барин? Что привело вас в мой скромный дом?

«Ага, скромный! – я фыркнула мысленно. – Самый добротный в деревне. Больше, наверное, только постоялый двор на въезде. Но и тот, скорее всего, ему же принадлежит».

– Собери покушать в дорогу. Спешу вот, по личному поручению Его сиятельства князя Агнияра Святозаровича.

– Так это… – мужик согнулся еще ниже, едва заслышав, с кем имеет дело, – сейчас жинка соберет. Извольте подождать, а то и к столу прошу, не побрезгуйте, ваш бла-ародие!

– Некогда мне! Лучше поторопись! – нервно прикрикнул Игнат.

Мужик попятился, кланяясь и не смея повернуться спиной, потом как гаркнет:

– Лидка, где ты ходишь? Вашбродь ждать не будет! Живо сюда!

За окном, выходящим на улицу, что-то грохнулось, послышался звон посуды, причитания, топот. Наше появление навело суету в доме старосты. Тем не менее через десять минут мужик с поклоном передал корзину с припасами. Игнат молча принял ее, кивнул, что доволен и кинул старосте кошель с мелочью, срезанный с дружинника.

Если не ошибаюсь, там было монет десять серебром и горсть медяков."

"Как мы покинули деревню и что происходило в течение получаса, пока я набивала желудок, выпало из поля зрения. Когда пришла в себя, поняла, что мы свернули с дороги в лесок и остановились на полянке. Игнат перебрался в салон, уселся напротив и, подперев голову кулаком, наблюдал за тем, как я ем.

– Накушалась, деточка? – язвительно поинтересовался он.

– Ну я… это… да! – утерла рот тыльной стороной ладони и потупилась, – будешь? – протянула надкусанную куриную ножку.

Учитывая, что это все, что осталось от целой вареной курицы, мне сделалось стыдно.

– Нда-а, и куда только влезло? Хорошо, я еще пирогов прикупил, а не то остался бы голодным. – Брат выставил пакет с выпечкой. В кружку налил молочка из кувшина, который достал следом. Ножку забрал, а вместо нее вложил в руку теплый еще и одуряюще пахнущий пирожок. Я чуть не застонала от удовольствия, когда впилась в мягкую сдобу зубами и проглотила ее в один присест.