Шелест 4 (СИ)

Однако это не повод расслабляться, а потому Тайный приказ землю носом рыл в поисках распространителей слухов, ибо тот кто подогревает их, тот непременно работает на противников Долгоруковой. Ну или дурак, что подчас куда страшнее врага или предателя…

Наконец я вырвался из цепких ручек Долгоруковой, и поспешил покинуть дворец, в сопровождении Дымка. Хотел я от него избавиться, да только где же я ему замену сейчас найду. Верность и готовность пожертвовать собой, дорогого стоит, вот только глупость она порой хуже воровства. А он, увы, может учудить чего-нибудь такого эдакого.

Была мысль вернуть под свою руку Хруста, но не срослось. Волк, Лис и Кремень оказались по полной задействованы в программе переселения, и им должен кто-то прикрыть спину. И трое моих бывших боевых холопов, а ныне бойцов личной охраны, подходили для этого куда лучше Илюхи.

Я имел с ними откровенный разговор, выдал все расклады, убедил, что в итоге говорить начинают все и они сами согласились принять узоры «Повиновения». Тем паче на фоне того, что через это добровольно прошли мои компаньоны. Так что, теперь, в случае пленения, никто из этой шестёрки мои секреты не выдаст. Остаётся только одно слабое звено, Дымок. Которого я решил придержать под своим приглядом в Азове.

Покинув дворец мы направились к зданию Тайного приказа. Судя по утренней сводке, ночью были задержаны трое казачков, а ещё четверо убиты. Они как-то сумели проникнуть в город, и напали на троих солдат, в подпитии возвращавшихся из кабака в казарму. Но занятия по подлой борьбе не прошли даром, разом скрутить их не вышло, а там и патруль во главе с одарённым десятником подоспел.

Сейчас Успенский выясняет все обстоятельства произошедшего. Такое количество нападавших самостоятельно пробраться за стены крепости не могли. Их должен был кто-то провести, а значит имелся сообщник из числа жителей города. Причём как из оставшихся, так и бывших рабов, получивших волю и приставленных к делу.

Ну что сказать, аукается нам Мехмед, чтоб ему трижды опрокинуться. Понятно, что к этому всё и так пришло бы. Но лучше уж поздно, чем рано. Однако калга-султан ускорил распространение слухов. И ведь всем под страхом жёсткого наказания запрещено распространяться на эту тему. Но представитель рода Гераев похоже умел задавать уклончивые вопросы, слушать расплывчатые ответы или примечать отсутствие таковых, и делать правильные выводы.

— Здравия, Иван Артёмович, — утираясь платком, приветствовал я хозяина кабинета.

Конец августа на дворе, а жарит как на сковороде. Ну да ничего, осталось малость потерпеть, а там и прохлада придёт. Люблю начало осени, когда солнце греет, но уже не припекает, и воздух не душный, а прозрачный и звонкий. Кра-со-та!

— Здравствуйте, Пётр Анисимович.