Шерхан

Наш секс- это не секс, это был танец влюбленных в друг друга людей, с переизбытком нежности и тихого желания раствориться в своем партнере, поэтому тут не было месту эго, не было траха, была любовь в каждом жесте, в каждом прикосновении, в каждом движении тел.

— Я люблю тебя… — шепчет мне в губы Лера, жмурясь от полученного оргазма, тело ее подрагивало подо мною. Моя персональная эфойрия ударила мне в голову, едва успел вытащить член и с глухим рыком выплеснуть сперму на бедра девушки.

— Я тоже люблю тебя, — целую ее в висок, ложусь рядом, притягивая мою малышку к груди.

Она дышит мне в шею, не шевелится, я прикрыл глаза и не заметил, как провалился в глубокий, долгожданный сон без сновидений и без мыслей.

23 глава (Лера)

Стаскиваю полотенце с головы, сушу волосы. Настроение у меня от одного до десяти, минус пять, если быть точнее. Ниже плинтуса, а есть еще ниже?

Если бы я мечтала о сцене, из меня получилась прекрасная актриса, я бы непременно выиграла «Оскар» и все остальные награды в индустрии кинопроизводства за достоверность игры главной роли. Я играла. И мне не стыдно было обманывать всех окружающих, ведь себя то не обманывала, все прекрасно понимала.

И играла я ради душевного спокойствия родных, близких и любимых.

Папа только вздыхал, качал головой, видя меня серьезной, с мимолетной улыбкой, на большее не надеялся. Вика тоже считала, что в сложившейся ситуации я выглядела слишком хорошо. Даже очень хорошо, на зависть сестрице. Впрочем, перед Карениными я тоже изображала, что смирилась с обстоятельствами."

"Сложнее всего было с Ярославом. Он чувствовал мое настроение, как свое собственное. Он первые дни после выписки из больницы не отходил от меня ни на шаг, держал в руках и согревал меня своим теплом, не отпускал, поддерживал улыбкой, взглядом, просто своим присутствием поддерживал во мне желание жить.

Жить ради него, пытаться справиться с внутренней темнотой, цепляться за его руки и не упасть в пропасть под названием «Безнадежность». Мы с ним ни разу не говорили о том, что случилось, почему это произошло. Мы сознательно и по обоюдному согласию опустили тему. И если Яр успешно справлялся с обрушившимся его горем, я барахталась в этом «болоте», то погружаясь с головой, то выныривала для жадного вдоха.

Я не справилась. Соскользнула с обрыва и полетела вниз. После нашей долгожданной близости, Ярослав впервые заснул с умиротворением на лице. Откуда знаю, что впервые? Каждую ночь подходила к дивану, всматривалась в спящего Яра. Он тогда даже во сне сводил свои брови к переносице, словно над чем-то серьезным думал.

Я плакала. У меня была идея фикс — срочно забеременеть, наплевав на рекомендации врачей, на свой организм, который еще не пришел в себя.