Шерхан

— Вот прям обещаешь мне сына? Уверена?

— Уверена, как никогда!

— Лерик, чудо ты мое! — его голос так невообразимо ласков, что я сначала даже не верю, что эти слова произносит Яр. Он обнимает меня за талию, утыкается мне в шею, нежно целует кожу. Я на секунду растерялась.

Яр такой странный, то смотрит зверем, то ластиться, как котенок. Хочется его понять. Очень… потому что люблю. Не почти. А навсегда. И это не кажется. Любовь теснится где-то в груди, в солнечном сплетении, крутится, вертится, ей тесно, а я не могу показать ее всему миру, потому что боюсь, что человеку, которого люблю, это не нужно, какие бы слова до этого он не произнес.

— Лера! — Яр поднимает голову. — Сегодня ты поедешь домой, обещаю, как только решу некоторые вопросы, переедешь со своим одеялом ко мне. И сразу же начнем активно работать над тигренком. Спасибо тебе!

— За что? — глажу пальцами его лицо, хоть ни черта не вижу выражение его глаз. Как слепой человек, все на ощупь.

— За все! — находит мои губы, неторопливо целует, ласково ладонями скользя по моей спине. Я все-таки напираю на него, требовательно засасываю его язык в свой рот, нетерпеливо ерзая у него на бедрах.

Он перехватывает инициативу, внутри почти ликую, думая, что подбила своего тигра на игру, но пришлось разочарованно вздохнуть, когда Яр отстранился."

"— Не надо… Слишком большое искушение зачать своего сына здесь и сейчас! Поехали домой, вдруг тебя папа будет ругать, что ты с плохим мальчиком гуляешь ночью! — побуждает меня встать, поднимается следом. Сгребает в кучу пледы, берет пакеты. — Ну, малышка, подбросишь своего хулигана до остановки?

— Автобусы давно не ходят! Я могу с ветерком до подъезда! — слышу, как Яр тихо рассмеялся, нашел мою руку, сжал ладонь и потянул к машине.

Идем молча, а в голове у меня бродят картинки нашей счастливой жизни. Явственно представляю себя уже с животом, в котором активно пихается сыночек. У него обязательно будут зеленые глаза и харизматичная улыбка. Как у папы. Он только зародился в моей голове, а я его уже бесконечно люблю, млею от его агуканья, от его рычания. Я люблю. Двоих. До самой Луны и обратно, как зайчик в сказке Сэма Макбратни.

15 глава (Шерхан)

Одергиваю пиджак, смотрю на свое отражение в зеркале и меня передергивает.

Каждый раз, когда я надевал на себя личину делового человека, у которого очень-очень темный бизнес, в котором сам черт ногу сломит, настоящий «я» запирался в надежном сундуке под семью замками. Глаза стеклянные, взгляд без выражения, холодный, я бы сказал хладнокровный. Образ киллера, которому важны только деньги, а не человеческие чувства. Роль, которая нужна была мне для достижения своих личных целей.

Подтягиваю рукава голубой рубашки, чтобы были видны манжеты и запонки, на них изображен профиль тигра.