Школа выживания

– Со мной такого никогда не случится…

– Дура!

Тяжело дыша, словно наперегонки бежали стометровку, мы буравили друг друга злыми взглядами. Во рту стало горько от подступившей желчи.

– Крис, ты моя лучшая подруга, и я уверена, что завтра мы обе отчаянно пожалеем об этом разговоре… Но если ты хочешь портить себе жизнь, то так и поступи, останавливать тебя не стану. Только больше не проси моей помощи, потому что я умываю руки! Не желаю следить за тем, как ты себя уничтожаешь!

Служба уже закончилась, молельщик Серебров читал проповедь о том, что светлых магов отличает от темных человечность. Басовитый голос возносился к куполу святилища и терялся в кроне Древа Судьбы. Выскочив из-за ширмы, я направилась к выходу, яростно стуча каблуками по мраморному полу, и, зашептавшись, народ начал оборачиваться в мою сторону.

До последнего мгновения мне казалось, что Крис попытается остановить меня, потому что три года близкой дружбы что-то да значат для нас обеих, но она просто позволила мне уйти.

* * *День за окном уютной чайной обманчиво казался погожим. Часовую площадь озаряло бронзовое остывшее солнце, только тепла все равно не было. Высокая часовая башня отбрасывала длинную ломаную тень. Сильный ветер, расчистивший небо от облаков, задал работы дворникам. Обсушил мостовые, но растрепал лысеющие кроны деревьев, распушил примятые дождями ковры опавших листьев. По огромным лужам разбегалась рябь, точно по потревоженной озерной глади, а недовольный народ придерживал шляпы и подхватывал полы разлетающихся одежд.

Дожидаясь Тимофея, я переписывалась с Кайденом, но предусмотрительно прикрывала ладонью темную руну, вспыхивающую розоватым отблеском каждый раз, когда приходило очередное сообщение из Абриса.

«С подругой помирилась?» – спрашивал он.

Утром я отправила Крис записку, что готова ее прикрыть, но посыльный вернулся с нераспечатанным конвертом.

«Она делает вид, что мы незнакомы».

«Как ты выбираешь круг общения?» — менторским тоном уточнил Кай, словно проворчал на ухо.

– Сказал человек, почти месяц морочивший мне голову! – раздраженно огрызнулась я, приблизив магический планшет к губам, как будто через руну он мог услышать недовольное ворчание.

Тут в чайной, окутанной ароматами бергамота, лимонграсса и мяты, открылась дверь, и сквозняк внес Тимофея с букетом из пяти белых мохнатых астр в руках. Следом вплыла дама с объемной сумкой на локте и в драповом пальто с воротником из лисы, настоящей, выпотрошенной и, очевидно, когда-то бегавшей по лесам Тевета.

Тима остановился, поправил очки. Торчащие уши краснели от уличного холода, взгляд был растерянным. Когда взгляд очкарика остановился на мне, то на прилизанной макушке вдруг восторженно затопорщилась прядка.